Благополучная Церковь

19 марта на Первых миссионерских курсах, организованных Миссионерской комиссией при Епархиальном совете г. Москвы при поддержке Православного Свято-Тихоновского Гуманитарного Университета и фонда «Миссия Кирилла и Мефодия», протоиерей Алексий Уминский прочитал лекцию, посвященную современной церковной общине.
Совместное чаепитие = община?
Сегодня, может быть, как никогда за последнее время, Церковь переживает период вызовов со стороны общества, в обществе от Церкви ждут вразумительных ответов и обращений. Миссия Церкви, собственно говоря, и заключается в том, чтобы мы могли найти язык с нашим окружением. Очень много в последнее время сказано о том, что одной из форм миссии является общинная жизнь. Об общинной жизни очень много говорит Святейший патриарх, давно уже звучит призыв к каждому храму стать общиной. Но не очень понятно, в чем эта общинность может заключаться, и каким образом обычный приход в том историческом понимании, которое сложилось за последние 50 лет, может превращаться в общину.
Очень часто думают и решают, что общинность возникает тогда, когда после литургии прихожане собираются попить чай, или когда прихожане собираются вместе в какую-то паломническую поездку, или когда они собираются вместе на пикник, на футбольный матч или на какое-то совместное мероприятие. Тогда кажется, что сделать из прихода общину очень просто. Надо просто после литургии всех позвать выпить вместе чай, спеть песни под гитару, и таким образом общинная жизнь сама собой произойдет.
Тоска друг по другу
В этом есть определенное искушение: конечно, недостаточность человечности в нашей Церкви ощущается всеми и давно. Отсутствие человечности заключается и в том, что никто ни с кем не разговаривает.
По-человечески никто никому в Церкви сильно не нужен, потому что каждый приходит в храм за своим. Когда появляется возможность после литургии по-человечески пообщаться, каким-то образом что-то обсудить, чему-то вместе порадоваться — это огромное благо. Тоска по человеческому общению и тоска друг по другу в Церкви достаточно высока.
Надо сказать, что это отсутствие человечности в сегодняшней жизни нашего церковного общества – тоже востребованность нашего общества. Общество ждет сейчас от Церкви простых человеческих слов, простых человеческих отношений и человеческого взгляда на происходящее.
Это наша большая проблема – отсутствие человечности в богочеловечном организме. Но все-таки хотелось бы сразу сказать о том, что настоящая община подразумевает нечто больше, нежели просто посиделки после литургии и даже общие хорошие дела: организация праздника в приюте для престарелых или доме ребенка. Это что-то иное, и это иное должно быть определено нами как то, что в нашей церкви до конца не родилось, до конца не произошло или было воспринято как неглавное. Я бы назвал это жизнью по Евангелию.
Благополучная Церковь?
За 20 лет возрождения Церкви было сделано колоссально много для того, чтобы Церковь стала мощным институтом в мощно организованном государстве.
Мне кажется очень важно определить для себя: стремление к внешнему благополучию церковной жизни — это одно из искушений. Насколько Церковь имеет право быть благополучной? Насколько стремление к благополучию онтологично тому, к чему призывает нас Христос? И может ли благополучная Церковь, уверенная в себе, вообще выходить со словом «миссионерство» к кому-то? Будет ли услышана благополучная Церковь в современном, да и вообще в любом мире?
Надо сказать, что в жизни земной Церкви есть такие противоречия. Путь за Христом: «Аще кто хочет за Мной идти, да отвергнется от себя, возьмет крест и идет. Те, кто хочет душу спасти, потеряют ее, а кто потеряет ее с пользой для человека, тот приобретет весь мир», помните Евангелие?
А с другой стороны, стремление земной церкви, стремление церкви как устроения, в том числе человеческого, — построить свою миссию в форме не просто взаимодействия с государством, но и в уверенной поддержке неких внешних структур. Понимаете, о чем я говорю?
Прослеживающееся сегодня стремление к благополучной Церкви очевидно. Церковь имеет свою власть, свое очень сильное влияние, свои защищаемые определенным образом права, серьезные отношения с государством, гарантирующие Церкви определенные вещи…
Все это постоянно дает возможность Церкви все больше и больше укреплять свои позиции: требовать от государства преподавания религиозных дисциплин в школе, священства в армии и так далее. Эти вещи развиваются только тогда, когда Церковь чувствует поддержку от таких структур, в которых она эти свои потенции никак не может иначе исполнить. Не может Церковь социально служить в мире, если государство не даст ей возможности посещать в тюрьмах заключенных, организовывать приюты для сирот и для престарелых, кормить бездомных. Для этого нужны налаженные отношения с государством, серьезные центры взаимодействия. Всем понятно, что, когда Церковь пытается наладить такие вещи, она действует отчасти как государственная структура, которой нужны те же самые знаки власти, влияния, уверенности в себе, благополучия, которые бы показали мощь этой организации и способность ее в этом мире совершать свое служение. Читать далее Благополучная Церковь