Проповедь о.Владимира. Литургия. 05.11.2023

Гал. 6:11–18 (зач. 215). Лк. 16:19–31 (зач. 83).

Во имя Отца и Сына и Святого Духа!

В связи с этой притчей можно было бы говорить об очень и очень многом: здесь всё интересно. Здесь всё захватывает. Но я, чтобы не утомлять вас, хочу обратить ваше внимание буквально только на два момента. Первый, это то, что это — притча, это не учебник догматического богословия. И их этой притчи не надо делать далеко идущие выводы о рае, об аде, о тех пропастях, которые между ними и так далее. Вообще, если понимать эту притчу буквально, воспринимать это как описание действительно какой-то некой посмертной участи и так далее, то можно предположить, что этот Лазарь сидит на коленях у Авраама в царстве Божием, а где-то недалеко внизу, там уже и ад, и там этот богач, который поднимает глаза, смотрит… Но важно понять, что рай, царство Божие и ад — это не место где-то во вселенной, где одни наслаждаются, а другие мучаются. Это – состояние души человека. Можно быть в одном и том же месте, и один будет ощущать себя в раю, а другой – «как во аде». Самый простой пример: представьте себе Большой зал консерватории или Концертный зал Чайковского, концерт классической музыки, Бах, органная музыка, орган — знаток, ценитель закрыл глаза и наслаждается, он — в царствии Божьем, а кто-то ёрзает в кресле, мучается, вспотел весь уже и думает: Когда же это кончится, когда же перерыв, антракт и буфет. Можно приблизить к нашей ситуации: храм. Кто-то действительно наслаждается этой общей молитвой, наслаждается прекрасным пением, наслаждается общением с Богом. А кто-то пришел и думает: Ну что же так затянуто, ну, когда же это закончится, когда же… вот быстренько бы причаститься… Я помню, как у меня в деревне был случай: Литургия, Евхаристический канон, я стою молюсь с воздетыми руками, весь храм затаил дыхание и вдруг такой скрипучий голос бабушки одной: Ой, скорей бы молебен да домой пойти… Вот, понимаете. Кто-то в раю, кто-то в аду. Второй момент, на который я хотел обратить внимание. Насколько ценности царства Божия, насколько то, что ценно для Бога, то, что ценно для Иисуса и то, что должно было быть ценным для нас, отличается от ценностей и значимостей мира сего. Жил человек, богатый, его знал весь город. Когда он умер… не знаю уж, уважали его, любили или нет, но по крайне мере знать его знали. Знали его имя, может быть даже знали кого-то из его предков. Но вот он умер. Его хоронили, наверное, всем городом и так далее… И жил нищий, который умер под забором, у входа. И может быть его имени никто не знал. Но вот в историю, в Священное Писание этот нищий вошел со своим именем – Лазарь, а имени богача мы не знаем. То, что ценно в наших глазах, то, что ценно, достойно уважения – про этого человека, наверное, можно было бы говорить «жить умеет»: каждый день пиршествует, весело, как у него там всё... А потом он оказывается во аде. А Лазарь, который лежал у его порога – на лоне Авраамовом. И его имя, еще раз подчеркиваю, мы знаем, а имени богача – нет. Есть, о чем задуматься.

Да хранит вас Господь!