Архив рубрики 'Живое слово'
Внеконтекстного чтения и понимания просто не бывает
Без контекста текст — набор случайностей. Вроде случайных пятен Роршаха — мы всегда вкладываем и в случайные пятна какой-то свой смысл, но это проекция. Без контекста я увижу в тексте что угодно — скорее всего то, чего желаю.
Скажем, если мы не знаем культурного смысла «мазать и целовать ноги незнакомца», мы плохо поймем историю грешницы. Там это крайне скандальное поведение (а в какой-нибудь тусовке хиппи оно может быть нормальным). И т. д.
Но на самом деле люди, которые говорят: «Нам не нужны эти тонкости, мы просто читаем Писание», — активно пользуются контекстом. Начать с того, что его уже задал русский переводчик, который передал те или иные греческие слова в соответствии с пониманием. И если не задумываться, мы автоматически будем пользоваться контекстом сегодняшнего мира (молчаливо — и не всегда верно — предполагая, что Иудея I века похожа на наше общество).
Читать далее 'Михаил Завалов. Введение в проблему контекста при чтении Писания'
1. Spore. Сотворение
В бесконечном безжизненном коридоре...
в одиноком холодном пальто...
в равнодушной забытой сумочке...
вдруг взрывается лампочка!
Сразу же тысяча мелочей, мурашек и щекотных инфузорий
высыпают на свет, мчатся на помощь свету,
работают всеми пуговками и крючками,
мировой океан взбивают, заваривают сушу.
По мановенью божественной мыши суша кишит цветами,
над сушей парадом блестят планеты, над землёй салютом танцуют птицы.
Саше приходит сообщение: «Поздравляем, вы прошли этап „клетка“. Встретимся на этапе „существо“».
Рыбы пялятся на кораллы, примеряют свежую мимикрию.
Суббота, Саша съезжает с шоссе,
поворачивает направо, открывает окно, проверяет очки праны.
Разумный снег нашёптывает под шапку.
Сашу подташнивает в последнее время.
Под колёса к Саше бросаются разные звери,
суки, твари, мантикоры и минотавры.
Шесть дней Саша звонит своему парню,
а на седьмой паркуется и отдыхает.
На этапе «племя» Саше хочется съесть зауропода.
Цивилизации ревут под её капотом.
Космос ходит ходуном в её зеркале заднего вида.
Выставляет из-под обшивки круглую пятку.
Саша обыгрывает космос в прятки.
- Это сегодня стало явлением коммерческим (в книжных магазинах и т. п.). В одном ряду с гороскопами, фитнесом и похуданием. И часто коктейли на разные вкусы из (совместимых ли?) компонентов: типа кусочки культа ангелов в соусе юнгианства и с приправой из суфистской мистики (и все очищено от неприятных примесей вроде страдания и других людей). Постмодернистская забава для среднего класса.
- Оно психологизирует предмет — это вроде психотерапии — сделай-сам. (Я уважаю психологию и терапию, но их не стоит превращать в религию. Как и наоборот.)
- Оно очень эгоцентрично, так что в центре оказывается великое Я, которое надо открывать, переоткрывать, лелеять, выражать, актуализировать и т. д. (Любая практика может стать нарцистичной — самая здравая практика — хоть молитва.) Вечный путь к себе.
- Она обычно взращивает дуализм важной души (духа) и презренного тела. «Душа отправляется в улет на небеса» — в разных вариантах.
- Так получается приватная «религия сердца», типа «Царство небесное внутри меня», соответствующая эскапизму, бегству от мира с его проблемами и обременительных живых окружающих.
- Оно успешно помогает забыть о том, что духовности бывают разные — самые разные. Без конкретного определения это слово бессмысленно. Скажем, настоящая христианская духовность — никогда не про Я, не про мой духовный рост и даже не про спасение моей любимой души (все эти вещи задействованы, но как сопутствующий эффект).
- А самое важное: когда Новый Завет говорит о «духовном» (естественно, слова «духовность» в нем нет, оно совсем новое, но есть прилагательные), речь почти всегда идет о жизни Духа с большой буквы.
В одном советском кинофильме про целину был такой эпизод: хлеб гибнет от засухи, дождя всё нет. И вот главный положительный герой, коммунист, опускается в бессилии посреди пересохшего поля на колени и молится: «Боже, если ты все-таки есть, пошли нам дождь!» Молится он минуту или даже целых две – и видит, как темнеет край неба. Но это оказался вовсе не дождь, а самое страшное – пыльная буря. Так неизвестно кто якобы доказал тому коммунисту-целиннику, что Бога все-таки нет. Кто бы это мог быть, кстати?
Наверное, каждый верующий бывал хотя бы однажды в положении этого человека. В критический момент вдруг приходит эта страшная мысль: а что, если никого на самом деле нет, все эти молитвы обращены в никуда, все эти богослужения и посты – пустая трата времени и сил? Что, если в свой последний час кора нашего головного мозга будет медленно погибать от недостатка кислорода, и все эти туннели и светящиеся существа – всего лишь прощальные галлюцинации, все эти умершие родные – просто воспоминания детских лет? Читать далее 'Андрей Десницкий. «Даже если Нарнии нет…»'
В последнее время в некоторых средствах массовой информации появилась идея о так называемом библейском коде – способе получения из Библии информации о событиях будущего. Разумеется, такого кода не существует, но существует библейский подход к истории, который действительно позволяет делать выводы о путях развития той или иной исторической ситуации. О современном положении в России и мире, с использованием этого подхода, и пойдет речь. Читать далее 'Библейский подход к русской истории'
Маленькое пояснение
Если жизнь христианина по дням — от Чаши до Чаши, то по годам от Великого поста до Великого поста. Венчающие его Страстная и Пасха- то, увы, недолгое время, когда наше существо реально ближе к Нему, чем к самому себе. В чувствах, от которых меньше всего хочется отвлекаться, в часах и минутах, которые больше всего хочется задержать. Для художника, это означает еще и острое желание их выразить.
Но как быть здесь фотографу, для которого задним числом ничего нет? Восстановление времени через вторичное переживание — прерогатива кисти и кино. Синхронизация непосредственного переживания и его отображения – единственное в своем роде преимущество фотографии. И беспощадный тест для самого фотографа. Читать далее 'Воистину воскресе! Фотографии Георгия Колосова'
«МОСКОВСКИЕ ВЕДОМОСТИ» № 79 за 1861 год:
«6-го апреля, въ сороковый день смерти Т. Гр. Шевченка, некоторые почитатели поэта, собрались въ церкви Успенiя (что въ Газетномъ переулке), где и выслушали съ благоговенiемъ панихиду по покойном поэте».
По просьбе Культурного центра Украины в Москве в нашем храме традиционно в начале апреля свершается панихида памяти великого украинского поэта Тараса Шевченко.

