Митрополит Антоний Сурожский — Об исповеди

Переиздание второй части книги Митрополита Антония «Пастырство» (Минск, 2005), посвященное исповеди. По слову Владыки Антония, «даже людям, которые родились и воспитывались в Церкви… приходится вновь и вновь задумываться: что представляет собой исповедь, для чего мы исповедуемся, к чему это нас обязывает, куда это может нас привести?»

Что значит каяться? Подходить к священнику со списком своих грехов? Кивать головой и повторять вместе с другими верующими «прости, Господи» во время общей исповеди? В этом ли суть таинства? На эти вопросы не раз отвечал выдающийся пастырь-проповедник ХХ века митрополит Антоний Сурожский. Несколько фрагментов из его бесед, которые напоминают, что исповедь — это не формальность и не повинность, а великий дар для христианина.

Отрывок из книги…

«Нередко меня спрашивают: как надо исповедоваться?.. И ответ на это самый прямой, самый решительный может быть таков: исповедуйся, словно это твой предсмертный час; исповедуйся, словно это последний раз, когда на земле ты сможешь принести покаяние во всей твоей жизни, прежде чем вступить в вечность и стать перед Божиим судом, словно это – последнее мгновение, когда ты можешь сбросить с плеч бремя долгой жизни неправды и греха, чтобы войти свободным в Царство Божие.»

«Во-первых, каждая исповедь должна быть предельно личной, «моей», не какой-то общей, а моей собственной, потому что решается ведь моя собственная судьба. И поэтому, как бы несовершенен ни был мой суд над самим собой, с него надо начать; надо начать, поставив себе вопрос: чего я стыжусь в своей жизни? Что я хочу укрыть от лица Божия и что я хочу укрыть от суда собственной совести, чего я боюсь?»

«И не вовлекайте других людей: вы пришли исповедовать свои грехи, а не чужие грехи. Обстоятельства греха имеют значение, только если они оттеняют ваш грех и вашу ответственность; а рассказ о том, что случилось, почему и как – к исповеди никакого отношения не имеет; это только ослабляет в вас сознание вины и дух покаяния…»

«Поставь себе вопрос: если моя жена, мои дети, мой самый близкий друг, мои сослуживцы знали бы обо мне то или другое, было бы мне стыдно или нет? Если стыдно — исповедуй. Если то или другое стыдно открыть Богу (Который и без того это знает, но от Которого я стараюсь это спрятать) или было бы страшно — открой это Богу. Потому что в момент, когда ты это откроешь, все то, что ставится в свет, делается светом. И тогда ты можешь исповедоваться и произносить свою исповедь, а не трафаретную, чужую, пустую, бессмысленную исповедь.»

«– …Если ты хочешь по-настоящему каяться, исповедоваться поистине и меняться, тебе не надо сосредотачиваться только на том, что в тебе плохо. Тебе нужно впустить в себя свет. А для этого нужно обратить внимание на то, что у тебя уже есть светлого. И во имя этого света бороться со всей тьмой, которая в тебе есть.
– Да, но как это сделать? Неужели я буду о себе думать, что вот я такой хороший в том или другом отношении?
– Нет. Читай Евангелие и отмечай в нем те места, которые ударяют тебя в душу, от которых трепетно делается сердце, от которых ум светлеет, которые подстегивают твою волю к желанию новой жизни. И знай, что в этом слове, в этом образе, в этой заповеди, в этом примере Христа ты нашел себе искорку Божественного света. И оскверненная, потемневшая икона, которой ты являешься, просветлела. Ты уже немного становишься похожим на Христа, в тебе понемногу начинает проявляться образ Божий. А если так, то запомни это. Если ты будешь грешить, то будешь осквернять святыню, которая в тебе уже есть, уже живет, уже действует, уже растет. Ты будешь тушить в себе образ Божий, тушить свет или окружать его тьмой. Этого ты не делай. Если ты будешь верен тем искрам света, которые в тебе уже есть, то постепенно тьма вокруг тебя будет рассеиваться.»

«Исповедь, конечно, содержит в себе покаяние, но чтобы понять, в чем суть покаяния, надо говорить о нем отдельно. <…> Покаяние не заключается в том, чтобы хладнокровно увидеть в себе грех и его принести Богу на исповеди; покаяние заключается в том, чтобы нас что-то так ударило в душу, что из наших глаз и из нашего сердца вырвались слезы.»

«Одну из пасхальных икон, которая по-русски называется «Сошествие во ад», по-английски мы называем «Попрание ада, победа над адом». На этой иконе мы видим находящихся глубоко под землей, вдали от близких, вне мира человеческой любви и общения, тех, которые умерли и стали пленниками отчуждения — взаимного отчуждения и отчуждения от Бога. Но посреди них мы видим и Самого Господа Иисуса Христа, за руку воздвигающего Адама и Еву — и в их лице все человечество, выводящего их из отчужденности, из одиночества, из мрака в свет, в Царство вечной любви, в Царство, которое Крестом завоевал для нас Христос.

В каком-то смысле это дивный и трагический образ того, что случается на исповеди: священник, предстоящий на исповеди по образу Самого Бога, призванный сходить вместе с кающимся в самые потаенные закоулки боли, мрака, греха, поистине сходит во ад, изображенный на иконе. И видит он там нечто дивное и чудесное: в эти потемки сходит не только луч света, не только искра надежды; в этот густой мрак сходит Сам Господь Иисус Христос, исцеляя, спасая, принося утешение, подавая новую силу, принося радость спасения… Какое это диво — стоять перед Живым Богом, и как те, которые, умерев, встретили Господа Иисуса Христа, стоять лицом к лицу с Ним и от смерти возвращаться к жизни. Какое диво, что нам это дано!»

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Борис Филипов — Свидетельница Воскресения. Тайны и разгадки Туринской Плащаницы

Эта книга посвящена истории Туринской Плащаницы. Поскольку автор — историк, то в первой ее части рассказывается в основном об историческом пути Плащаницы и связанных с ней исторических тайнах, разгадать которые уже сумели историки или о которых они только строят предположения.

Плащаница никогда не будет считаться подлинной, если у нее не будет полной и достоверной биографии. Вариант такой биографии представил почитателям Плащаницы в 1978 году английский историк и журналист Ян Вильсон. Но она сразу же вошла в противоречие с признанной церковным сообществом историей Нерукотворного Спаса из Эдессы, которого Вильсон отождествил с Плащаницей. В то же время версия Вильсона о тождественности двух реликвий подверглась серьезной критике со стороны академического сообщества. И тем не менее именно книга Вильсона является сегодня отправной точкой для всех, кто исследует историю Туринской Плащаницы или предлагает свою версию этой истории.

Содержание и отрывок из книги…

Содержание

От автора

ЧАСТЬ I. ВОССТАНАВЛИВАЯ ТАИНСТВЕННЫЕ МАРШРУТЫ
Глава 1. Загадка древнего полотна

Как выглядит Туринская Плащаница
Первое фото Плащаницы производит сенсацию
Ученые расходятся во мнениях
Гипотеза об авторстве Леонардо да Винчи
Папа Римский объявляет позицию Католической Церкви
Начало масштабного исследования Плащаницы

Глава 2. Иудея времен Иисуса Христа

Израиль под властью Рима
Фарисеи, саддукеи, ессеи и зелоты
Что мы знаем о Понтии Пилате и его окружении
Кризис в еврейском обществе
Иудейская Пасха
Иерусалим — город паломничества и центр благосостояния
Почему Иисуса осудили так быстро?

Глава 3.13-го числа месяца нисана 33 года

Пилат объявляет приговор
Путь на Голгофу
Нес ли Иисус Свой крест?
Кто такие «дочери иерусалимские»?
Иисус на Голгофе
Об ударе копьем
Свидетельство о смерти
Иосиф Аримафейский
Обряд погребения в Древней Иудее
Снятие с креста и погребение Иисуса
Доска из древнего Назарета

Глава 4. Древнейшие свидетельства о Плащанице

Свидетельства евангелистов
Древние исторические свидетельства
Память о Плащанице в богослужении

Глава 5. Судьба Плащаницы после Воскресения. Иерусалим — Антиохия — Эдесса

Антиохия
Появление Нерукотворного Образа
Когда появился в Эдессе Спас Нерукотворный?
Сирийская версия появления изображения Иисуса
Версия Яна Вильсона
Какая реликвия почиталась в Эдессе
Почитание, нестыковки и свидетельство придворного врача Смера
Полотно покидает Эдессу

Глава 6. Константинополь и тайны его святых реликвий

Прибытие в Константинополь
Императоры и святое изображение. Первое свидетельство о Плащанице
Реликвия в Святой Софии. Второе свидетельство о Плащанице
Что же перенесли из Эдессы?
Что хранилось в императорском реликварии?

Глава 7. Плащаница и крестоносцы

Захват Константинополя
Плащаница пропала
След святого полотна?

Глава 8. Исчезновение на 150 лет: версии и догадки

Франция?
Афинский след?

Глава 9. «Таинственная голова» тамплиеров

Секретные владельцы
Благородный орден
Зачем тамплиерам нужна была Плащаница?
Как Плащаница могла оказаться у ордена?
Гордость и предубеждение
Судебный процесс и уничтожение
Материалы допросов
Открытие Барбары Фрале
Необычная «дверца»
Плащаница и король Франции

Глава 10. Благородный рыцарь из Шампани

Charnay или Charny?
Самый достойный
Как возникла коллегиата в Лире
Явление Плащаницы
Послание усомнившегося епископа
Решительная графиня Маргарита

Глава 11. Савойский дом

Могущественная династия
Пожар в Шамбери и «переезд» в Турин

Глава 12. Плащаница и ее влияние на иконографию Распятия и погребения Иисуса Христа

Первоисточники священных изображений Христа
Распятие: Христос торжествующий и Христос страдающий

ЧАСТЬ II. СВИДЕТЕЛЬСТВО ПЛАЩАНИЦЫ
Глава 1. Подтвердить или опровергнуть. Хронология научных исследований

Энтузиазм и большая наука
Исследование команды STURP
Новые открытия

Глава 2. Медицинские и анатомические исследования

Анатомические исследования
Кровь
Раны на теле
Бичевание
Следы других травм
Смерть

Глава 3. Ткань

Полотно для богатых заказчиков
Как одежды первосвященника

Глава 4. Монеты на глазах

О пользе орфографии
Монеты в древних иудейских могилах

Глава 5. Пыльца на Плащанице

Растения как маркеры

Глава 6. Радиоуглеродное датирование Плащаницы

«Черный день для Плащаницы»
Факты и сомнения, или Как научно доказать подлинность чуда

Список использованных источников и литературы
Источники
Литература

Отрывок из книги.

Радиоуглеродный метод основан на использовании чувствительных счетчиков радиоактивного излучения, испускаемого изотопом углерода с массовым числом 14 (изотоп 14С). Период его полураспада равен 5568 годам. Примерное соотношение радиоактивного (14С) и нерадиоактивных (12С и 13С) изотопов на Земле известно, поэтому, определяя в старых материалах количество радиоактивного 14С и стабильных 12С и 13С изотопов, можно приблизительно подсчитать, как много атомов 14С успело распасться к настоящему времени. После этого можно получить примерную (!) дату появления данного образца на свет.

Этот метод был разработан группой американских ученых во главе с Уиллардом Либби. В 1960 году за свое открытие Либби получил Нобелевскую премию по химии. «Внедрение в практику археологии радиоуглеродного датирования, — писал известный британский археолог Колин Ренфрю, — произвело настоящую революцию в мышлении исследователей, которая продолжается до сих пор. Несомненным преимуществом радиоуглеродного метода является независимость физических измерений времени от любых экспертных исторических и археологических оценок».

Предложения подвергнуть Плащаницу радиоуглеродному датированию выдвигались практически с самого начала применения этого метода. Однако только разработка ускорительной масс-спектрометрии позволила реально рассмотреть возможность радиоуглеродного датирования Плащаницы, ограничив массу необходимых образцов до нескольких десятков миллиграммов.

В 1982 году американская группа STURP создает комиссию для изучения проблемы радиоуглеродного датирования. Она обращается к высококвалифицированным лабораториям с вопросом об их готовности участвовать в определении возраста ткани с использованием небольших образцов. Шесть лабораторий (в Брукхейвене, Харвелле, Рочестере, Туссоне, Оксфорде и Цюрихе) выражают согласие на проведение самостоятельных исследований определения возраста Плащаницы. В следующем году Британский музей проводит пробное исследование, передав лабораториям, не уточнив возраст, египетский лен 3000 года до н. э. и перуанский хлопок 1200 года н. э. Датировка лабораториями второго образца оказалась неточной, ошибка Цюриха составила 1000 лет.

В июне 1985 года в Тронхейме (Норвегия) проходит XII Международный конгресс по датированию с использованием радиоактивного углерода. Представители лабораторий выражают согласие на проведение самостоятельных исследований. Единственная задача, стоящая перед STURP как инициатором, — получить в Турине образцы.

Между тем Плащаница поменяла владельца — бывший король Италии Умберто II завещал Плащаницу папе Иоанну Павлу II, и после смерти короля Святой Престол принял этот дар. В результате Папская академия наук также выразила желание принять участие в исследовании.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протопресвитер Александр Шмеман — Основы русской культуры : Беседы на Радио Свобода. 1970-1971

Цикл радиобесед знаменитого богослова и проповедника о.Александра Шмемана посвящен осмыслению основных категорий русской культуры. Произнесенные в 1970—1971 гг. и вызванные размышлениями над новой намечающейся поляризацией русской культуры, эти беседы являют нам образец цельного глубокого продуманного, выверенного в оценках христианского взгляда на сущность и содержание русской культуры.

Протопресвитер Александр Шмеман широко известен как богослов, литургист, церковный деятель, многолетний ректор Св. -Владимирской семинарии в штате НьюЙорк, автор книг и статей по богословию. Отец Александр не замыкался в рамках религии (нелюбимое им слово и понятие), он видел и встречал Бога во всем творении и в первую очередь в культуре.
Культура для него в первую очередь выражалась в литературе. Беседы на Радио Свобода, он вел на протяжении тридцати лет — с 1953 года до своей кончины в конце 1983 года.

Содержание и предисловие…

Содержание
Ольга Седакова / Семидесятые. В поисках утраченной души
Елена Дорман / От составителя
Духовные судьбы России

ОСНОВЫ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

Беседа 2 / Спор о культуре в Советском Союзе
Беседа 3 / «Культура» в русском самосознании
Беседа 4 / Парадоксы русского культурного развития: максимализм
Беседа 5 / Парадоксы русского культурного развития: минимализм
Беседа 6 / Парадоксы русского культурного развития: утопизм
Беседа 7 / «Взрыв» русского культурного самосознания в XIX веке (1)
Беседа 8 / «Взрыв» русского культурного самосознания в XIX веке (2)
Беседа 9 / «Взрыв» русского культурного самосознания в XIX веке (3)
Беседа 10 / Отрицание культуры во имя прагматизма
Беседа 11 / Отрицание культуры во имя религии
Беседа 12 / Отрицание культуры во имя социальной утопии
Беседа 13 / Толстой и культура
Беседа 14 / Достоевский и русская культура
Беседа 15 / Культурное самосознание «Начала века» (1)
Беседа 16 / Культурное самосознание «Начала века» (2)
Беседа 17 / Уход от нравственных основ культуры
Беседа 18 / Первая реакция на революцию
Беседа 19 / Порабощение культуры
Беседа 20 / Творческое сопротивление (1)
Беседа 21 / Творческое сопротивление (2)
Беседа 22 / Творческое сопротивление (3)
Беседа 23 / Прошлое и традиции
Беседа 24 / Запад
Беседа 25 / Технология и наука
Беседа 26 / Социальные темы
Беседа 27 / Религиозные темы
Беседа 28 / На распутье
Беседа 29 / На пути к синтезу (1)
Беседа зо / На пути к синтезу (2)
Беседа 31 / Заключение

ПРИЛОЖЕНИЯ

Религиозное вдохновение русской литературы
Единая интуиция
Заря русской поэзии
Тайна Пушкина
Тютчев: любовь, побеждающая бездну
Странная жажда
Великий христианский писатель (А. Солженицын)
Образ вечности
Отнесенность к главному
Молитва— опыт победы
Христианский трагизм
Русское духовенство у Чехова

От составителя

Культура для него в первую очередь выражалась в литературе. Литература была, по словам критика Елены Невзглядовой, «драгоценной заботой его ума и души». В русской литературе искал и находил отец Александр образ русской культуры вообще, в ней отображалось самосознание русского народа на разных этапах его существования и развития. Особым видом пастырского и проповеднического служения отца Александра были его беседы на Радио Свобода, которые он вел практически на протяжении тридцати лет — с 1953 года до своей кончины в конце 1983 года. К этим порой изнурительным трудам — новая беседа каждую неделю на протяжении всех тридцати лет! — отец Александр относился трепетно и ответственно. Нередко именно в этих «скриптах», как он называл эти тексты, он нащупывал и подтверждал главные интуиции своих будущих лекций и книг.

В 1970—1971 годах отец Александр Шмеман прочитал по радио цикл бесед «Основы русской культуры». Об основах русской культуры Шмеман решил говорить не просто так. Он заметил, что в СССР начались серьезные споры о русской культуре, об ее истоках, прошлом и настоящем. После той культурной катастрофы, к которой привели революция и годы советской власти, начались поиски единого мировоззрения, единого культурного пространства, единых культурных ценностей, попытки восстановления культурных связей с прошлым страны и, следовательно, появилась надежда на будущее русской культуры. В этой атмосфере снова с особой остротой встал вопрос о смысле и содержании культуры, о ее миссии в человеческом обществе. В то же время именно тогда в советской культуре актуализировался вечный для русской мысли спор «западников» и «славянофилов», именно к началу 1970-х годов стала намечаться поляризация взглядов, разводившая деятелей культуры уже не на почве идеологии, а на основе понимания идентичности русской культурной традиции. Отец Александр почувствовал эти тектонические сдвиги и живо на них откликнулся — своим замечательным, глубоко продуманным и выверенным в оценках циклом бесед.

Однако тексты этих передач не сохранились в архивах ни автора, ни Радио Свобода и, как итог, не вошли ни в один сборник радиобесед отца Александра, даже в солидный двухтомник, изданный в 2009 году издательством ПСТГУ. В 2011 году Татьяна Георгиевна Варшавская — вдова замечательного писателя-эмигранта Владимира Варшавского, друга отца Александра Шмемана — передала в архивное хранение Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына семейный архив. Среди полученных бумаг ученый секретарь ДРЗ Мария Анатольевна Васильева нашла тексты девяти бесед (с 3-й по 12-ю) из цикла «Основы русской культуры». Мария Анатольевна Васильева и я, будучи сотрудником ДРЗ, подготовили их к печати и опубликовали в «Ежегоднике ДРЗ» за 2012 год. Надежды на то, что остальные беседы найдутся, было мало. Мы не единожды пытались найти их следы и в Европе, и в США, но безрезультатно.

Но чудеса случаются. В 2016 году в Мюнхене Андрей Андреевич Никитин-Перенский, создатель электронной библиотеки lmwerden.de и архива русской эмигрантской литературы «Вторая литература», обнаружил при разборе библиотеки умершей за год до того поэтессы Нины Бодровой папку с текстами всего цикла «Основ русской культуры» (к сожалению, кроме самой первой беседы). Оказалось, что цикл состоит из тридцати одной беседы. Я решила не ждать, пока случится еще одно чудо и найдется первая беседа, и готовить цикл к публикации. Основную работу по подготовке к публикации бесед 3-12 проделала ученый секретарь Дома русского зарубежья Мария Анатольевна Васильева, в частности Мария Анатольевна снабдила текст ссылками. Остальные беседы отредактированы и подготовлены мною. Все сноски в тексте принадлежат редакторам. В квадратных скобках восстановлены фрагменты, вычеркнутые автором в машинописи.

В книгу кроме цикла бесед «Основы русской культуры» вошли еще несколько радиобесед отца Александра из других циклов и лекция о Чехове, которую отец Александр часто читал в разных аудиториях. Открывается сборник докладом «Духовные судьбы России», прочитанным на русском симпозиуме в церкви Казанской Божьей Матери в городе Си-Клифф, штат Нью-Йорк, в апреле 1977 года. Мы посчитали, что он как нельзя лучше представляет интуиции отца Александра о русской культуре, подробно разворачивающиеся в самих беседах.

Огромная благодарность Марии Анатольевне Васильевой и Андрею Андреевичу Никитину Перенскому, благодаря которым мы смогли прочитать эти беседы и познакомить с ними широкого читателя.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протоиерей Владимир Хулап — Евангельские притчи вчера и сегодня

Протоиерей Владимир Хулап, историк и библеист, рассматривает притчи в историческом контексте эпохи. Рассказывая о жизненном устройстве древнего общества, книга проясняет смысл примеров и образов, которые использовал Иисус в своей проповеди. Авторский рассказ сопровождают слова святых отцов и богословов.

Евангельские притчи — важная составляющая учения Христа, они давно стали неотъемлемой частью мировой культуры. На протяжении двух тысяч лет люди черпают в них ответы на главные вопросы человеческой жизни.

В основе повествования девять притч: о блудном сыне, о мытаре и фарисее, о неверном управителе, о милосердном самарянине, о талантах, о немилосердном должнике, о безумном богаче, о брачном пире и о сеятеле.

Живой опыт их веры открывает читателю новые глубины духовного богатства евангельских текстов. Яркие и образные истории, увиденные через призму проблем современного общества, становятся жизненно важными для каждого и помогают расслышать обращенный к нам голос Христа.

Спрашивайте книги в лавке храма.

Митрополит Тверской и Кашинский Амвросий: Вглядываясь в Лик Христа. Евангелие как приглашение к радости

«Если мы с большим вниманием отнесемся к евангельскому тексту, почувствуем себя участниками тех самых событий, максимально пристально вслушаемся в те вопросы, которые задают люди Богу, попытаемся вникнуть в содержание Его ответов им, то много лишнего уйдет из нашей жизни.».

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протоиерей Алексей Уминский — Книга о молитве. Тяжесть правила или разговор с Отцом?

Книга о молитве. Тяжесть правила или разговор с Отцом?

Молитва — то, с чего начинается и чем заканчивается день христианина. Но как сделать так, чтобы утреннее и вечернее правила стали настоящим разговором с Небесным Отцом, а не механическим вычитыванием древних текстов? Новая книга отца Алексея Уминского — актуальный разговор о молитве современных христиан.

Отрывок из книги.

Молитва: мой личный выбор

Для современных православных личный опыт молитвы — это проблема, так как в традиции (может быть, не абсолютной, но достаточно долгой) нашей Церкви молитва христианина является не его собственным обращением к Богу, а следованием образцам, выбранным для нас великими духовными авторитетами прошлого. В православной традиции существует так называемое молитвенное правило, состоящее из большого количества утренних и вечерних молитв. Есть еще правило ко Святому Причащению — это три канона, к которым многие прибавляют акафисты, плюс само последование ко Святому Причащению. Есть и другие образцы молитвы: например, многие любят молиться по Псалтири. Это тоже высокий образчик, более того, Псалтирь является текстовой основой богослужения, и те, кто любит Псалтирь, читает, молится псалмами, включены и в богослужебную молитву Церкви.

Тем не менее все эти молитвы имеют одну особенность: к каждому отдельному человеку лично они пока не имеют никакого отношения. И получается, что, начиная молиться по предложенному образцу, по некоему лекалу, очень возвышенному и выверенному, мы попадаем в пространство, изначально ограниченное определенной формой, количеством и наполнением — смыслом молитв.

Читать далее…

Когда-то человечество, и Церковь в частности, жило в условиях традиционного бытового христианства, сословного общества, сохранявшего старинный племенной архетип отношений: община, сословие и государство хранились устоявшимися общественными отношениями, которые распространялись на все сферы жизни. И как это ни парадоксально звучит, Церковь, которую Бог сотворил надмирной и неотмирной, в конечном итоге естественным образом вошла в этот комплекс отношений. Церковь очень социализировалась, за века стала традиционно-бытовой, в таком сохранном обществе это неизбежно. И для многих поколений вопрос выбора личной молитвы, вопрос «как я молюсь, почему молюсь так, а не иначе?» не стоял. Как не стоял и такой, например, вопрос — «как я создаю семью?». Или «почему я исповедую православие?». Большинство вопросов решались не личным выбором: за ребенка, юношу выбор делали родители, либо он был предопределен самим фактом рождения в данной стране. Человек не выбирал, к какой Церкви принадлежать, какой профессией заняться, в общем, ничего не выбирал.

Можно сказать, христианство, бывшее в тот период очень сильным, стабильным, опиравшимся на колоссальный пласт христианской культуры, — ведь и наука, и государственность были созданы христианской цивилизацией,— отодвигало личную ответственность за семью, за воспитание детей, за Церковь, за веру, и за молитву в том числе, на второй план, так как эти вопросы были уже решены, апробированы опытом и не было никакого смысла изобретать и придумывать что-то новое. И вдруг этот удобный отлаженный механизм сломался. К XIX веку, а в Западной Европе чуть пораньше, в эпоху Просвещения, он стал давать сбои. И на первый план в ХХ и ХXI веках вышел личностный выбор. Устойчивые парадигмы, гарантирующие стабильность брака, веры, Церкви, государства, перестали работать. ХХ век все взорвал, все разломал своими революциями, войнами, геноцидами, холокостами, газовыми камерами, ГУЛАГами… Единственное, где в советский период еще сохранялась социальная парадигма, — это в коллективизме. Коллективизм хранил семью, хранил морально-нравственный облик советского человека. Но недолго — все это тоже рухнуло.

Нынешний мир крайне индивидуализирован, сверхэкзистенциален. Каждый отвечает только за себя и за свой выбор. Именно поэтому мир сейчас настолько непонятен, настолько ужасающ — ведь личный выбор предполагает колоссальное количество ошибок. И все возможные ошибки, которые мог сотворить человек, сделаны и еще умножены на сто.

У западных стран больший опыт личного выбора, и мы с ужасом смотрим на них, думая, какая западная цивилизация прогнившая и отвратительная, а вот мы-то не такие… Подождите еще лет пять. Они просто столкнулись с этим гораздо раньше нас и раньше стали делать ошибки и отвечать за них — или не отвечать, потому что отвечать за ошибки никто не хочет. Но и мы сейчас в том же самом положении, идем по тому же пути. Не по пути западных ценностей, западной цивилизации — процесс, о котором я говорю, не имеет отношения ни к либеральной идеологии, ни к консервативной, ни к какой, а только к изменившемуся миру, к тому, что всякий человек теперь личностно отвечает за каждый свой шаг. Поэтому, кстати, так тяжело создать православную семью. Православную семью теперь создают не родители, а православные, как им кажется, молодые люди, которые не знают, как это делается. И никто не может им помочь. Семьи рушатся — везде, одинаковым образом, не потому, что какими-то темными силами ведется целенаправленная война против семьи, а потому что царствует личный выбор.

Люди теряют веру, которую, как они думали, обрели в начале своей романтической обращенности ко Христу. Оказалось, что дальше надо идти самому. А если ты пытаешься опираться на конкретные старинные социальные опоры, о которых написано в книгах XIX века, или в церковных канонах, или в истории Церкви, или в житиях святых, или даже в прекрасном романе Ивана Шмелева «Лето Господне», — то они не работают, и ты вдруг оказываешься непонятно где. Кто я? Что со мной происходит? Я не знаю. Личностный выбор очень сложен, ответственен и жесток. Люди теряют веру, уходят из Церкви, едва в нее вступив, разводятся, едва создав брак…

И я уже не удивляюсь, что второй брак у многих гораздо более удачный, и даже не гораздо более, а просто настоящий, хороший, сложившийся, счастливый брак. Потому что люди чему-то научились. И понятно, почему молодые люди не торопятся заводить семью, а используют пробные отношения… И почему подростки уходят из Церкви… Все это лежит в плоскости ответа на вопрос «кто мы и в каком мире мы живем?». И в этом же плане мы сегодня просто обязаны задуматься о нашем личностном отношении к молитве — как мы молимся, какими словами мы молимся… Почему мы молимся именно так? Почему молитва занимает у нас столько-то времени и сколько должна занимать? Как научиться молитве? Что для меня молитва? Каким образом я говорю через нее с Богом? Каким образом получаю ответ? Как Бог слышит меня? Как я слышу Его? Что меняет молитва в моей жизни? И должна ли она что-то менять?

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Ветхий Завет в Новом Завете. Образы, цитаты, аллюзии

Серию книг по библеистике, выпускаемых Институтом перевода Библии (ИПБ), пополнила новая публикация, изданная совместно с издательством «ГРАНАТ». Эта книга представляет собой сборник статей, охватывающих проблематику, связанную с понятием интертекстуальности в Библии.

Основная идея интертекстуальности заключается в том, что текст не существует сам по себе, он существует в окружении множества текстов, написанных до него, и с разной степенью очевидности несет их отголоски и традиции. Это свойство текстов относится и к Библии, которая по своей природе не единая книга, а собрание книг, написанных разными людьми в разных странах, в разное время и на разных языках. Она полна внутренних цитат (как правило, неточных) и более или менее явных ссылок и аллюзий. Евангелисты, авторы посланий и других новозаветных текстов постоянно приводят цитаты из Ветхого Завета, но при этом, как правило, вкладывают в них несколько иной смысл, чем в оригинале, а зачастую и пересказывают их в достаточно вольной форме.

Читать далее…

Первая часть сборника содержит статьи теоретические, которые включают в себя темы интертекстуальности и интерпретации ветхозаветных цитат и аллюзий в Новом Завете. Во вторую вошли исследования, посвященные интерпретации конкретной библейской цитаты или аллюзии, а в третью включены статьи, в которых обсуждаются вопросы, связанные с практическими задачами перевода библейских цитат и аллюзий в новых контекстах. В русскоязычной библеистике тема интертекстуальности в Библии затрагивается нечасто, поэтому составители сборника решили включить в него в том числе перевод статей ведущих зарубежных специалистов по данной тематике.

Идея книги родилась после научно-практического семинара «Ветхий Завет в Новом Завете», который Институт перевода Библии проводил в 2014 г. совместно с партнерскими организациями Объединенные библейские общества (UBS) и SIL International. Задача семинара состояла в том, чтобы помочь переводчикам Библии лучше понять, как те или иные ветхозаветные фрагменты используются в новозаветных контекстах на уровне цитат, аллюзий и образов. Поскольку в русскоязычной библеистике эта тема затрагивается нечасто, она оказалась настолько востребованной, что составители сборника решили дополнить его теоретическими статьями ведущих зарубежных специалистов по данной тематике.

Авторы и составители сборника надеются, что он окажется полезным как для переводчиков Библии, так и для исследователей древних текстов (не только библейских), а также и для тех, кто стремится больше узнать об этом интереснейшем направлении библеистики и о работе, связанной с переводом Св. Писания.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протоиерей Вячеслав Рубский — Православная духовность: перезагрузка. Наброски внутренней реформы

«Православная духовность: перезагрузка» — книга священника, богослова и философа Вячеслава Рубского, в которой автор предлагает читателям провести ревизию своей духовной жизни, взглянув на знакомые вещи под совершенно неожиданным углом.

По мнению Вячеслава Рубского, повторение старинных формул и практик все дальше отходит от насущной реальности, устаревают и мехи, в которых когда-то было влито молодое вино христианства. Любой, кто хочет расти и развиваться, не должен бояться перемен и неудобных вопросов. Размышления автора разрывают шаблоны, помогая нам выбраться из привычных схем «духовности», чтобы найти свой истинный путь к Богу.

Цитаты из книги…


"Христианство может быть принято как добрая сказка и местами похоже на нее. В таком приятии всячески избегают скептицизма, иначе сказке конец. Есть много умных людей, не допускающих в область веры критическое мышление, несовместимое для них с религией. Но взрослое христианство, не боящееся увидеть абсурд и бессмысленность как повседневности, так и всех идеологий, — по ту сторону скептицизма.
"
«Наполнение проповедей цитатами святых отцов и Писания есть, по сути, боязливое прятанье своего «я», которое единственно и могло бы о чем-то свидетельствовать. Отсюда и невовлеченность прихожан в учение Церкви: пастыри убедили их, что православие не может исходить от стоящего рядом. Православие подается как нечто, исходящее от святых отцов и Вселенских соборов, словно бы не было свободы в творчестве отцов или в восприятии Соборов. Таким образом, живая правда Бога подается как музейный артефакт, так как является перед слушателем неподвижной, мертвой, как идол, законченной, отыгравшей песней. Если правда не требует домысливания, допевания, некоего гадательного постижения ее глубины, то ее исчерпанность есть мертвость. Истина есть Жизнь, истинная догма, принимаемая как обязанность, есть ложь.»

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протоиерей Сергий Булгаков — Чаша Грааля

В настоящем сборнике представлены работы, написанные о. Сергием Булгаковым в последние годы его жизни: «Святой Грааль», «Софиология смерти», «Христос в мире», «Размышления о войне», «Беседы о Божественной литургии» и фрагменты дневниковых записей.

Спрашивайте книги в лавке храма.

Андрей Десницкий — Послания апостолов. Библейские переводы А. Десницкого

Это издание продолжает серию «Библейские переводы Андрея Десницкого», в которой уже вышли в свет книги «Вожди и цари Израиля» и «Пророки Израиля» с избранными книгами Ветхого Завета. В новой книге автор ставит себе цель сделать такой перевод, который был бы понятен современному читателю, не имеющему специального образования, и позволил бы обойтись без лишних упрощений, анахронизмов и вульгарности.

Описание книги и содержание…

Послания апостолов составляют 21 из 27 книг Нового Завета. Евангелия рассказывают об основах христианской веры, Деяния — о возникновении церкви, Откровение таинственно повествует о будущем, но, по сути, только Послания описывают нам подробно и на конкретных примерах, что такое раннехристианская церковь и как она жила. Потому, видимо, они и занимают такое значительное место в Новом Завете.

При этом в общем и целом Послания в России до сих пор не прочитаны, в том числе и искренне верующими. О чем думали и как жили самые первые христиане, какой они видели церковь? Какие перед ними вставали проблемы и как они их решали? Зачем вообще нужна им была церковь? Об этом нам рассказывают послания апостолов, вошедшие в Новый Завет. Но при буквальном переводе слишком многое остается в них невнятным и неясным…

Послания апостолов — Перевод и комментарий Андрея Десницкого
Послания апостолов — Содержание
Предисловие
Сокращенные обозначения библейских книг
Римлянам: Праведность по вере
Первое Коринфянам: Любовь никогда не иссякнет
Второе Коринфянам: Если я вас огорчу, кто же обрадует меня?
Галатам: Кто вас околдовал?
Эфесянам: Дом, где обитает Бог
Филиппийцам: Всегда радуйтесь!
Колоссянам: Образ незримого Бога
Первое Фессалоникийцам: Духа не угашайте
Второе Фессалоникийцам: Кто не хочет трудиться, пусть не ест
Первое Тимофею: Достоверна эта весть
Второе Тимофею: Поддерживай этот огонь
Титу: Пресвитер должен быть безупречен
Филимону: Прошу тебя за сына
Евреям: Есть у нас великий Первосвященник
От Иакова: Покажу тебе свою веру своими делами
Первое Петра: Христос пострадал за вас и дал пример
Второе Петра: Он не желает ничьей гибели
Первое Иоанна: Мы возвещаем вам вечную Жизнь
Второе Иоанна: Старейшина — избранной Госпоже
Третье Иоанна: Кто творит добро, тот от Бога
Послание Иуды: Они служат вам соблазном
Приложение: Словарь ключевых терминов

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Энцо Бьянки — Вера и доверие. Дар и прощение

Энцо Бьянки (р. 1943) — итальянский христианский богослов, основатель монашеской общины в Бозе, известный проповедник, церковный деятель, писатель и публицист. Вошедшие в книгу работы «Вера и доверие» (2013) и «Дар и прощение» (2014) призваны поставить перед христианином фундаментальные вопросы о месте веры в современном мире и о том, что является ее ключевым и универсальным содержанием. Эти книги — исключительно яркий пример подлинного, открытого и честного диалога, который способно вести христианство с современной философией и культурой.

Предисловие к книге и оглавление.


ЭНЦО БЬЯНКИ: ХРИСТИАНСКАЯ ШКОЛА ДОВЕРИЯ
«Что вам надобно?» Этими словами Иисус обращается к идущим за ним ученикам Иоанна Крестителя. Так Он начинает, вступая в общение с каждым из нас, начинает с очень личного вопроса о нашей нужде, нашем глубочайшем желании. «Чего я хочу'?» Этим вопросом начинается путь всякого человеческого сердца к своему' призванию, до всяких вопросов об идентичности, культурной, национальной или религиозной, до ответов и ответственности. Иоанн и Андрей отвечают Ему' поразительно: «Учитель, где живешь?» И Иисус приглашает их в гости. Мы никогда не узнаем тех вопросов и ответов, которым они посвятили день в Его доме, но с тех пор вся христианская культура освящена порождающим светом той Встречи. Богословие культуры происходит из того дня, когда Бог и человек встретились во внимании к желаниям и нуждам всякого сердца, и это внимание привело человека в Дом Божий. Митрополит Антоний Сурожский считал, что в самом разделенном обществе есть лишь один вопрос, способный собрать вместе и верующих, и атеистов, а именно вопрос о человеческом достоинстве и человечности: «Первое, чему нас учит Христос, когда мы делаемся его учениками, это — верить в человека, надеяться на все от него и любить его, даже ценой собственной жизни»1. Во времена предельной неопределенности, после века обезвоживания и расчеловечивания, Господь начинает вновь и встречает нас вопросом о наших желаниях и нуждах: «Что вам надобно?»
Энцо Бьянки, книгой которого открывается серия «Богословие культуры», в отличие от богословов, отвечающих на незаданные вопросы, размышляет о тех вопросах, которыми приводится в движение человеческое сердце, но ответить на них может не мыслитель, поскольку он человек, а только сам Бог. На страницах его книги мы открываем современное богословие, прислушивающееся к человеческой нужде и распахивающее ум и сердце к встрече с отвечающим Богом. Говоря о вере, он не исходит из вероучительных формул, но начинает с внимания к истокам того доверия, без которого невозможны общение, любовь, верность, а поэтому и само общество. «Разговор о вере касается не только христиан и так называемых „верующих* — мы настолько стали заложниками манихейского представления, разделяющего людей на верующих и неверующих, что уже не способны выделить животрепещущие темы, актуальные для всех людей и отношений между ними. И тем не менее в течение всей жизни каждый из нас задает себе вопрос: имеет ли жизнь какой-либо смысл, можно ли довериться слову, поверить Кому-то?». В поисках истоков доверия и общения Бьянки следует за Христом как за педагогом, воспитывающим в вере, а свидетельство о таком Христе-педагоге он находит в неразделенной Церкви первого тысячелетия. Всякая человеческая общность, любовь и дружба, город и государство питается простым и уязвимым актом доверия конкретного человека и рождающимися из него дарами, бескорыстием, прощением и состраданием. Их кризис, их нехватка делают всякое общество невыносимым. Бьянки переоткрывает нужду в этих простейших и ценнейших вещах в разговоре с величайшими мыслителями современности, прислушиваясь ко всем голосам, а сама эта небольшая книга является опытом того доверия, нехватку которого он обнаруживает в сердце современника.
Но наиболее поразительным является то, что из опыта возрождения наичеловечнейших доверия и верности, любви и дружбы, щедрости и изобилия, прощения и сострадания рождаются не только книги автора, но, прежде всего, свидетельство межконфессиональной монашеской общины Бозе, основателем которой является Энцо Бьянки. Эта община десятилетиями принимает богословов православного мира, раскрывая христианские сокровища Запада и Востока перед нуждой всякого современного человека, ищущего Того, кто спросит: «Чего тебе надобно?» Раз оказавшись гостем этой общины среди виноградников Пьемонта, я был поражен тем, как глубочайшие голоса православной традиции, будучи дружелюбно принятыми и услышанными братьями и сестрами общины Бозе, вторят этому глубочайшему желанию человеческого сердца быть встреченным Тем, кто приглашает домой и спасает саму человечность.

Александр Филоненко, доктор философских наук, профессор Харьковского национального университета им. В. Н. Каразина

Содержание
Энцо Бьянки: христианская школа доверия
Александр Филоненко

ВЕРА И ДОВЕРИЕ
Введение

  1. Что такое вера?
  2. Верить/ не верить
  3. Послушание христианской вере
  4. Христианин и вера
  5. Во что верит христианин?
    Верить в Бога
    Верить в Иисуса Христа
    Верить в общение Святого Духа
  6. Иисус — наставник в вере
    Иисус — Человек веры, внушающий веру и доверие
    Иисус — Человек, который «обнажил Себя», чтобы
    вступить в диалог
    Иисус — Человек, способный принять и встретить всех
    Иисус — Человек, старающийся пробудить веру в другом
    Иисус — Человек, возвещающий Царствие и ставящий в центр не Себя, а Бога
  7. Вера и страх смерти
  8. Почему я верю в Бога?
    Заключение

ДАР И ПРОЩЕНИЕ
На пути к этике сострадания
Дар
Введение

  1. Искусство дарения — дарить и получать
  2. Дар и близость
  3. Дар и безвозмездность
  4. Дар и справедливость
    Заключение
    Прощение
    Введение
  5. Прощение и зло
  6. Тяжелый путь прощения
  7. Как проживать прощение по-христиански
  8. Прощение и справедливость
    Заключение
    Сострадание
    Введение
  9. Сострадание Бога в Ветхом Завете
  10. Сострадание Бога, явленное через Иисуса
    Христа и свойственное христианам
  11. Сострадание как форма встречи с другим,
    как человечный ответ на зло
    Заключение
    Об авторе

    Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Иеромонах Иоанн (Гуайта). Монах в карантине

Отец Иоанн (Джованни Гуайта) родился в 1962 году на итальянском острове Сардиния. Мама – математик, отец был врачом, а некоторое время — политиком и даже министром. А Джованни с детства мечтал стать священником.
Сейчас — клирик храма Космы и Дамиана в Шубине в Москве, иеромонах Русской Православной Церкви, служащий в многолюдном приходе в самом центре Москвы, по рождению итальянец и по светскому образованию — литературовед и историк…

О авторе и книге.

Это дневник человека, болеющего коро-навирусной инфекцией и вынужденного долго сидеть на карантине. Долгая самоизоляция стала для него поводом для размышлений и переосмысления собственной жизни и служения. Автор вспоминает детство, задает себе серьезные вопросы о вере, страдании и смысле бытия, размышляет о положении Православия в мире и Церкви в постсоветской России, о коллизиях России и Запада. Одновременно он много говорит об итальянской и русской литературе, искусстве, мировой истории и культуре. Разнообразные содержательные нити вплетаются в единое, весьма оригинальное повествование.

"Я болел коронавирусной инфекцией ровно 40 дней, от Пасхи до Вознесения. Почувствовал крайнее недомогание и усталость именно в день Пасхи, после ночной службы. С того дня для меня началось длинное паломничество по стране инфекции — оно стало, несомненно, одним из важнейших путешествий моей жизни.
"Иеромонах Иоанн (Гуайта)

"Редкое дарование — полюбить чужое, как свое, соединить воедино, сблизить и показать миру, что любовью и служением разрешаются многие сложные вопросы, а порой они просто перестают существовать. Это сделал своей жизнью и своей книгой иеромонах Иоанн (Джованни Гуайта). Перед нами разворачивается жизнь очень одаренного итальянского мальчика, ставшего филологом, увлеченного русской литературой, принявшего православие и сан.
"Людмила Улицкая

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

О. А. Седакова.Словарь трудных слов из богослужения

Книга филолога, поэта и переводчика Ольги Александровны Седаковой «Словарь трудных слов из богослужения» выдержала уже несколько переизданий. Такой словарь незаменим для понимания смысла богослужения и литургической поэзии, поскольку объясняет значение самых сложных компонентов церковнославянского языка, а именно паронимов — слов, звучащих одинаково или почти одинаково со словами современного русского языка, но имеющими другое значение

О книге...

Каждая словарная статья снабжена примерами из текстов богослужения и Священного Писания, переведенными на русский язык часто впервые.
Книга будет интересна как церковной, так и светской аудитории — филологам, переводчикам, преподавателям церковнославянского языка, катехизаторам и всем, желающим лучше понять православное богослужение.
3-е издание, исправленное и дополненное.

Материал словаря.

Словарь составлен по текстам богослужебного круга Русской Православной Церкви, преимущественно в позднейших изданиях. Более ранние варианты даются со знаком *. Пользуясь изданиями, набранными гражданским шрифтом, мы восстанавливали их церковнославянскую графику (эти случаи отмечены в Библиографии).
Сплошь просмотрены Октоих, Канонник, Триодь цветная (Пентекостарий) и Триодь постная, Требник, Служебник, Часослов и Молитвослов – а также Новый Завет и Псалтырь. Другие книги Ветхого Завета и служебные Минеи взяты пока весьма выборочно, в основном ради недостающих примеров. Церковнославянский язык Ветхого Завета заметно отличается (и особенно в области словаря) от языка богослужебных текстов, и работа с ним должна дать чрезвычайно интересные результаты, на что мы надеемся в дальнейшем.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протопресвитер Михаил Помазанский. Догматическое богословие

Книга «Православное Догматическое богословие» представляет собой учебное пособие для изучения православной догматики. В ней простым и доступным языком изложены основы догматического учения Православной Церкви. Книга представляет интерес как для читателей, глубоко и основательно изучающих догматическое наследие Православия, так и для тех, кто делает на этом поприще первые шаги.

О авторе и книге. Отрывок из книги.

Протопресвитер Михаил Помазанский (1888—1988) уникален среди современных православных богословов. Еще в возрасте 90 лет он писал богословские сочинения, но что еще важнее — он получил свое богословское формирование не в нынешних богословских школах, которые в какой-то мере отражают богословские сомнения и разделения современного православия, но в до-революционной русской духовной академии, в то время, когда православие было едино в духе, когда оно было укоренено в столетних традициях и не страдало, как часто бывает с православной богословской литературой наших дней, «кризисом идентичности».Иеромонах СЕРАФИМ (Роуз)

«Догматическая работа Церкви всегда была направлена на утверждение в сознании верующих истин веры, от начала исповедуемых Церковью. Она заключается в указании того, какой путь мысли есть следование вселенскому Преданию. Вероучительный труд Церкви состоял в том, чтобы в борьбе против ересей найти точную форму для выражения переданных от древности истин веры, подтвердить правильность церковного учения, обосновав его на Свв. Писании и Предании. Вероучительная мысль святых апостолов была и остается образцом полноты и целости христианского мировоззрения: христианин 20 века не может более совершенно развить или углубить истины веры по сравнению с апостолами. Поэтому совершенно неуместны попытки, если они появляются, как со стороны отдельных лиц, так и от имени самой науки догматического богословия, открытия новых христианских истин, или открытия сторон в данных нам догматах, или нового их понимания. Задача науки Догматического Богословия – изложить обоснованно, доказательно преданное православное христианское учение.

Некоторые полные труды по догматическому богословию излагают мысли отцов Церкви в исторической последовательности. Так построен, напр., упомянутый «Опыт Прав. Догм. Богословия» епископа Сильвестра. Надо знать, что такой способ изложения в православной догматической Науке не имеет задачей исследовать постепенное развитие догматов. Его цель иная: исторически последовательное и полное изложение мыслей св. отцов Церкви по каждому предмету веры наглядно подтверждает, что они во все века мыслили единодушно об истинах веры; но т. к. одни из них рассматривали предмет с одной стороны, а другие с другой, одни приводили аргументы одного рода, а другие – другого, – то историческое исследование учения отцов Церкви дает полноту рассмотрения догматов веры и полноту доказательств их истинности.

Это не значит, что научно-богословское изложение догматов должно принять нерушимую форму. Каждая эпоха выдвигает свои собственные взгляды, понятия, вопросы, ереси и возражения против христианской истины или повторяет забытые старые. Богословию естественно принимать во внимание эти запросы времени, отвечать на них и соответственно им излагать догматические истины. В этом смысле можно говорить о развитии догматического богословия, как науки. Но нет достаточного основания говорить о развитии догматов Церкви.»

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Сергей Бычков. Преодоление удушья

В эту книгу вошли как ранее публиковавшиеся, так и не публиковавшиеся статьи историка Русской Церкви С. С. Бычкова. Многие из них, увидевшие свет в различных, сейчас уже труднодоступных изданиях, не утратили своей актуальности и сегодня.Книга состоит из четырех разделов: «Статьи», «Беседы», «Воспоминания» и «Рецензии».

О авторе и книге. Отрывок из книги.


Часть книги из раздела «Воспоминания».
Преодоление удушья. Воспоминания о Наталье Трауберг

Бычков Сергей Сергеевич – историк, переводчик, издатель. Родился в 1946 году. Окончил филологический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова. Доктор исторических наук, историк русской церкви. С 1978 года нелегально публиковался в зарубьежных изданиях: «Вестник Российского студенческого христианского движения», «Континент» и других. Автор книг очерков по истории Русской Церкви: «Русская Церковь и императорская власть (1900 – 1917 гг.)» (М., 1998); «Большевики против Русской Церкви (1917 – 1941 гг.)» (М., 2006). В «Новом мире» публикуется впервые. Живет в пос. Ашукино Московской обл.

Статьи, беседы, воспоминания в книге историка Русской Церкви Сергея Бычкова. Среди статей: «Русская религиозность XIX-XX веков» (Свмч. Сергий Мечев); «Два старца Арсения»; «Как хоронили останки последних Романовых» и др. В воспоминаниях: «Единственная встреча. Памяти священника Николая Трубецкого (18 марта 1978)»; среди рецензий — отклик ученого на наиболее значимые издания — «О святости и исповедничестве», «Архимандрит Таврион (Батозский). Опыт подготовки материалов к канонизации», «Памятник Нижегородскому святителю»; «Прерванный полет» — об отце Александре Мене. Среди архивных находок историка С. Бычкова — архив майора НКВД Е.А. Тучкова, который вел допросы и переговоры с патриархом Тихоном до самой смерти патриарха; архив священника и правозащитника Сергея Желудкова; архив священника Павла Адельгейма.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Гилберт Кийт Честертон. Суеверие развода

Книга представляет собой сборник статей, опубликованных в Англии еще 100 лет назад, в которых автор размышляет на тему христианского брака. Статьи были адресованы светской аудитории, поэтому в них прежде всего речь идет не о религиозном характере брака, но рассматриваются его социальные, исторические и практические аспекты.

О авторе и книге…

Гилберт Кийт Честертон (англ. Gilbert Keith Chesterton; 29 мая 1874, Лондон, Англия — 14 июня 1936, Биконсфилд, Англия) — английский христианский мыслитель, журналист и писатель конца XIX — начала XX веков. Рыцарь-командор со звездой ватиканского ордена Святого Григория Великого. Честертон написал около 100 книг и неисчислимое количество эссе (он писал каждый день по одному в течение 15 лет). Однако на русский язык переведено менее 10% книг и менее 1% эссе.

О книге.
Начало ХХ века, Англия. В политических кругах началось движение за упрощение процедуры развода. Хотя к тому времени он уже был легализован, его получение оставалось сложным и дорогостоящим процессом. В ходе развернувшихся общественных дискуссий Г.К. Честертон в 1918 году написал серию статей, которые позже были опубликованы в виде книги под названием «Суеверие развода».
Это не классический богословский трактат, но тем интереснее аргументация автора, стремящегося объяснить свою позицию нерелигиозной аудитории. Главный тезис Честертона гласит: если распадется семья, начнет разрушаться и все общество. Развод всегда является в первую очередь крахом — крахом отношений между людьми, но общество пытается представить его как форму обретения свободы. Автор не просто критикует развод, он мыслит глубже — узаконенный государством распад семьи становится для него поводом поговорить об истинной сущности и ценности брака.

Подготовка русского издания этой книги шла 5 лет, занимался ею американец Адам Строк, для которого Честертон стал «наставником в вере». С целью наиболее адекватно донести до русскоязычного читателя стиль Честертона, издатели консультировались с американским Честертоновским обществом.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Вячеслав Перевезенцев — Фейсбук сельского священника

Книга первая
#неудобноекино
#книги
#спектакли

Книга прот. Вячеслава Перевезенцева «Фейсбук сельского священника» составлена на основе его многолетнего дневника в социальной сети «Фейсбук» (2013—2020 гг.). В данный сборник вошли кинорецензии, заметки о книгах и спектаклях, доклады, прочитанные на различных конференциях. Взгляд автора на современную культуру основывается на вере в то, что какие бы формы и средства ни избирало искусство — главное в нем не меняется, потому что в основе своей искусство ищет ответы на самые мучительные вопросы бытия. Именно поэтому православные христиане, по убеждению о. Вячеслава, призваны быть открытыми к современной культуре. Автор уверен, что пространство киноклуба — это замечательная новая форма христианского общения, в котором появляется возможность на равных общаться с людьми разных взглядов и убеждений, а также привлекать к дискуссии подростков. В книге описывается опыт такого киноклуба при приходе святителя Николая в селе Макарово. Книга написана живым и ярким языком и адресована широкому кругу читателей.

Книга вторая
#глиобластома
#кругжизни
#танцующиймост

Книга прот. Вячеслава Перевезенцева «Фейсбук сельского священника (2)» составлена на основе его дневника в социальной сети «Фейсбук». Первый сборник, изданный в 2019 году, был посвящен анализу современной культуры. Во второй сборник вошли записи и интервью 2019—2020 гг., с момента, когда жизнь о. Вячеслава и его семьи резко изменилась. Больница, сбор средств, поездки на лечение в Мюнхен, новый «круг жизни», новые чувства и мысли… Заметки автора наполнены предельной искренностью, в них показана хрупкость и одновременно бесконечная ценность жизни перед лицом Вечности. Воспоминания о родителях, отношения с ближними, Евхаристия, Евангелие, политические процессы в стране, актуальные книги — все это становится материалом для размышлений автора, его рефлексии и вопрошания.

Предисловие к первой книге…


Вячеслав Перевезенцев
Неудобное кино, или зачем киноклуб на приходе.

«Кино должно быть неудобным, как камушек в ботинке», — говорил enfant terrible современного кинематографа, гениальный Ларе фон Триер. На самом деле, кино может быть очень разным, а вот размышлять и говорить хочется о том, что беспокоит, а еще лучше о том, что мучает. Из таких разговоров и размышлений получился этот раздел.
Когда я пишу о фильме, я хочу поговорить о том, что больше всего волнует меня самого и, надеюсь, не только меня, — поговорить о Боге или о Его отсутствии; о человеке в современном мире, о его жизни и смерти, радости и печали, боли и надежде, любви и одиночестве; о поиске и утрате смысла. Большинство фильмов, которые я посмотрел в жизни (и тут даже не столь важно, насколько они удачны), дают такую возможность.
Подлинное искусство, и киноискусство в первую очередь, — это не столько передача смыслов или идей, сколько передача опыта. Опыта, которого у зрителя может и не быть, но он его может получить благодаря встрече с настоящим искусством. Но поначалу это еще не опыт, а просто некая сумма впечатлений и переживаний, из которой только и может состояться опыт. Опыт, по слову Мераба Мамардашвили, мы извлекаем только из того, что переживаем, он не может быть нам навязан или подарен. Для получения опыта должна быть проделана работа по осмыслению пережитого. Только после этого мы можем обогатиться новым опытом, а значит, стать пусть немного, но другими.
В замечательной книге о природе кино Ю. Лотмана и Ю. Цивьяна «Диалог с экраном» (Таллин, 1994) авторы напоминают: «Когда- то, на заре кинематографии, кино называли “Великий немой”. Это очень точно: немой — не молчальник, не тот, кто говорит, а тот, кто жаждет быть понятым, говорит жестами и мимикой, самой своей немотой. Кинематограф говорит и жаждет быть понятым».
Наверно, нет ничего удивительного, что жажда понимания увиденного и пережитого есть одновременно и работа над пониманием и узнаванием себя и, как следствие, изменением себя, в чем, по словам великого Андрея Тарковского, заключается и смысл искусства, и смысл жизни. «Предназначенность искусства не в том, как это полагают, чтобы внушать мысли, заражать идеями, служить примером. Цель искусства заключается в том, чтобы подготовить человека к смерти, вспахать и взрыхлить его душу…» «Единственный смысл жизни заключен в необходимом усилии, которое требуется, чтобы перебороть себя духовно и измениться, стать кем-то другим, иным, нежели тем, кем ты оказался после рождения…» (Л.Тарковский. Мартиролог).
Еще один важный момент, на который обращают внимание в своей книге Лотман и Цивьян: если экран (фильм) — наш собеседник, т. е. субъект, а не объект познания, то и само познание строится совсем иначе, чем в физической или даже биологической лаборатории. Очень подробно об этом субъект-субъектном методе познания рассказывает в своей новой книге Татьяна Александровна Касаткина (Касаткина ТА. Достоевский как философ и богослов: художественный способ высказывания / Огв. ред. Е. А. Тахо-Годи. М.: Водолей, 2019.) . Одной из особенностей этого метода является то, что не только познающий вопрошает, но и ему задают вопросы, а главное, и он сам ставится под вопрос.
Авторы уже упомянутой мною книги «Диалог с экраном» так говорят об этом феномене: «Если экран — собеседник, то он должен вести со мной — лично со мной —диалог, отвечать на мои вопросы. Что ж это за собеседник, который всю свою речь заранее записал и повторяет ее безо всяких изменений каждые два часа? На этот вопрос мы хотели бы ответить примером из собственного опыта. Однажды один из авторов этой книги смотрел со своим близким другом, крупным лингвистом, фильм Роб-Грийе и Алена Рене «В прошлом году в Мариенбаде». Выйдя, мы стали обмениваться впечатлениями и неожиданно убедились, что, сидя рядом в одном и том же зале, мы видели два совершенно различных фильма, даже сюжеты совершенно не совпадали. Таков эффект каждого большого произведения искусства, но в кинематографе он проявляется с особенной силой: экран говорит не каким-либо одним голосом, а, как сама жизнь, говорит многими голосами, и каждый зритель слышит тот из них, который отвечает его внутреннему камертону. Разумеется, это относится к подлинным произведениям киноискусства. И в этом случае экран выступает как истинный собеседник, не мертвый исполнитель одних и тех же жестов и слов, а участник диалога, вступающий в обратную связь с каждым из зрителей в отдельности».
Я не случайно упомянул не только о размышлениях после просмотра, но и о разговорах, которые во многом такие размышления порождают. Дело в том, что уже много лет мы на нашем приходе устраиваем коллективные просмотры кино. Идея такого киноклуба проста: вместе смотрим кино и потом делимся своими впечатлениями от увиденного и пережитого.
Почему я считаю, что киноклуб — это востребованная форма совместной христианской жизни сегодня?
Во-первых, у нас вообще сейчас дефицит общения. Мы как бы все время на связи, но это совсем не то же, что живое общение. А где найти сейчас живое общение? Даже если мы встречаемся в храме на молитве, а потом за трапезой, ну да, мы о чем-то немного поговорим, но потом опять разбежимся по своим делам, по своим домам. А на киноклубе есть время и прекрасный повод для общения.
Во-вторых, посмотреть фильм — это интересно, это не что-то такое принудительно-обязательное. Люди любят смотреть кино, и кино, правда, есть за что любить!
Далее, есть возможность «обратной связи». Не просто по телефону другу сказать: «Ну, классно, замечательный фильм». Этого мало. В киноклубе у тебя вырабатывается навык анализа, осмысления того, что ты, собственно, сейчас пережил. И неважно, был ли ты этим восхищен, понравилось ли тебе то, что ты увидел. Пожалуйста, аргументируй, найди какие-то слова. И эта рефлексия — очень важная работа.
И еще одно. Мы все — очень разные и плохо друг друга знаем. Ну как-то мы, конечно, знакомы, знаем, кто чем занимается, у кого сколько детей. А кто что любит, кто что переживает, чем дышит… Как это узнать? Ну не будешь же ты за чашкой чая лезть к человеку в душу! Иногда это происходит случайным образом — люди встретились в каком-нибудь купе поезда, им ехать, вот они вдруг разговорились и все друг про друга узнали. А здесь, в киноклубе, это происходит опосредованно. Потому что человек не говорит, вроде бы, о себе — он говорит про этих героев, про то, что он сейчас увидел, что его тронуло, что ему показалось важным, что выбило слезу… или, наоборот, о том, почему он заснул. Но на самом деле он говорит про себя. Поэтому киноклуб может стать историей встречи. У французского философа Ролана Барта есть такая странная теория, она называется «смерть автора». Если ты написал какое-нибудь произведение, снял кино, после этого автор как бы умирает, он уже не имеет отношения к тому, что вышло из его сердца, что стало плодом его творчества. Хотя задачу понять замысел автора, разумеется, никто не отменял.
Фильм один, но видим мы его разными глазами, потому что мы сами очень разные, даже если многие давно знакомы. Это дает не только возможность дополнить или восполнить свое понимание увиденного на экране, но и, бережно и внимательно принимая иное мнение, увидеть и самого человека с новой стороны. Но самое главное — это возможность попытаться понять не столько замысел автора картины, сколько лучше понять самого себя.
Для того чтобы такая встреча получилась, нужно соблюдать некоторые простые правила. Конечно, такой разговор нужно как-то модерировать. Очень важно, чтобы люди смогли в доверительной обстановке поделиться своим впечатлением. У нас могут быть разные мнения, разные оценки, разные вопросы и недоумения, связанные с тем, что мы видели.
Возможность поделиться своим очень дорогого стоит, потому что в нашей жизни как раз этого и не хватает. А разговор так или иначе все равно будет идти о чем-то важном. Потому что поделиться всегда хочется тем, что тебя по-настоящему тронуло, взволновало. Еще один из принципов обсуждения такой: мы не перебиваем друг друга и не спорим друг с другом. Точнее, мы, конечно, спорим. Но при этом признаем право другого иметь свою правду. Если ты что-то увидел иначе, если ты с чем-то не согласен, ты говоришь это «про себя», а не про другого человека.
Таким образом, совместный кинопросмотр — это не только диалог с экраном, но и друг с другом и с самим собой, это своего рода духовная работа, это один из способов самопознания.
Фильмы, которые мы смотрим, как правило, неудобные, небанальные. сложные, часто это — так называемое авторское кино, требующее определенной работы и ума, и сердца; и если бы не киноклуб, многих из этих фильмов я бы просто не увидел: смотреть такие фильмы без последующего обсуждения очень сложно. И для тех, у кого нет такой возможности — совместного просмотра, может быть, эта книга будет интересна как начало такого диалога, ведь она совсем не претендует на точное и окончательное понимание как фильма в целом, так и каких-то его моментов. Это всего лишь приглашение к разговору и размышлению.
Отмечу, что иногда мы проводим киноклубы для подростков. Все, что я говорил выше об обсуждении фильма, в случае подростков работает еще сильнее: им особенно важно высказать свое, поспорить, разобраться в чувствах и мыслях. Я уверен, что во время просмотра и совместного обсуждения многие подростки совершают важнейшие открытия о себе, о мире, о Боге. Такой возможностью не стоит пренебрегать. В замечательной книге о. Алексея Уминского «Семейное кино. Смотрим с детьми шедевры мирового кинематографа» (Никея, 2018) отражен глубокий опыт такого общения.
Для меня как христианина и священника важен вопрос миссии. На встречу приходского киноклуба по нашему приглашению может прийти человек, далекий от веры. И тогда перед нами возникнет вопрос: как рассказать о «нашем уповании», о нашем видении мира и человека в нем, о том, что нам дорого и чем живет Церковь? Ведь у многих наших современников, у кого еще остались эти вопросы, ответы выглядят очень печально. И виноваты в этом по большей части мы сами, православные христиане. Мы сами давно уже превратились в своеобразную субкультуру со своим жизненным миром, своим языком, своими ценностями и «духовными скрепами». И потому малоинтересны кому-то кроме самих себя. Церковь — не от мира сего, но она пребывает в мире сем и ради спасения этого мира. А значит, с миром этим нужно встречаться, разговаривать, находить общий язык и общие смыслы. Мир современного кино может стать местом такой встречи.
Абсолютно все происходящее вокруг нас можно увидеть через призму веры, и это, согласитесь, не совсем типичный и распространенный взгляд на кино. Это уникальная возможность рассказать о нашей вере или дать возможность еще раз задуматься над вечными вопросами.
Данный раздел книги — главный и самый объемный. Наверное, кино сегодня действительно важнейшее из искусств. Но я знаю, как непросто бывает выбрать фильм для просмотра, чтобы не пожалеть о потраченном времени. В этой части книги вы сможете найти некоторые из таких фильмов. Не вижу ничего страшного, если наши мнения не совпадут, — иногда несогласие и непонимание важнее, чем единодушие. Главное, мне бы хотелось, чтобы эти размышления сподвигли моих читателей на то, чтобы регулярно собираться вместе, смотреть кино и обсуждать увиденное.

**
Я хотел бы выразить благодарность всем участникам нашего домашнего киноклуба. Уютные чаепития, доверительные разговоры, споры до полуночи вдохновили меня на эту книгу. Я хотел бы особо поблагодарить Алексея Архипова и Юлию Вахтееву за помощь в подготовке текста книги.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Андрей Зубов: Религия Библии. Христианство. История религиозных идей

Автор, известный историк и религиевед, показывает уникальность христианства на фоне других религиозных учений, погружая читателя в исторический контекст библейской традиции. Первая часть книги посвящена корпусу ветхозаветных текстов, раскрывающих предысторию христианства от Авраама до Кумрана. Вторая часть вводит в христианство.
Эта книга не история исповедания и институтов, не учебник по христианской догматике, а религиеведческое исследование системы идей, заключенных в Ветхом и Новом Заветах, деяниях Соборов и установлениях Церкви (таинства и обряды).

Ознакомиться с описанием книги и оглавлением…

Андрей Борисович Зубов родился в Москве в 1952 г. В 1973 г. закончил МГИМО МИД, факультет международных отношений. С 1973 по 2001 г. работал в Институте востоковедения РАН. Ведущий научный сотрудник, доктор исторических наук. С 2001 по 2014 г. — профессор кафедры философии МГИМО.

"Для христианина его вера — высшая ценность, ни с чем не сравнимая. Для религиеведа христианство — одна из религиозных традиций человечества, наряду со всеми иными, от верований палеолита до ислама. Когда мне приходилось читать курс сравнительного религиеведения в христианских учебных заведениях — Московской духовной академии, Православном университете апостола Иоанна Богослова,—я опускал и религию Ветхого Завета, и христианство. Эти курсы — «Библеистика», «Библейская археология», «Основное богословие», «Догматическое богословие», «Литургика» — читались более знающими профессорами.
Но когда мне доводилось читать курсы лекций по истории религий в светских университетах — РГГУ, МГИМО, — без гебраики (храмовой, внехрамовой и дохрамовой религий еврейского народа) и христианства обойтись было нельзя.
И передо мной встала непростая для меня задача — рассказать о собственной вере как об одной из религиозных традиций, понимая, что в моей аудитории есть и христиане различных деноминаций, и мусульмане, и иудеи, и буддисты, и индуисты. Это был особый и, признаюсь откровенно, волнующий опыт.
В последний раз мне пришлось читать лекции по гебраике и христианству в общем курсе «История религиозных идей» в 2015—2016 годах. Уже не в аудиториях МГИМО, которые оказались для меня закрытыми, но в любезно предоставленном мне Музее-квартире Михаила Булгакова, той самой квартире на Большой Садовой, где по лестницам между этажами иногда прохаживается огромный черный Кот Бегемот. А читал я все тем же студентам МГИМО, которые не захотели расстаться со мной и продолжали ходить слушать лекции на этой очень уютной, но, право же, неожиданной площадке. И чаепития после лекций были такие же, как и на кафедре философии МГИМО, — с интересными разговорами, расспросами, спорами. Когда-нибудь я назову и имя человека, который все это устроил. А пока выражаю ему бесконечную благодарность. Это был поступок мужественной и щедрой души.
Руководитель киностудии «Неофит» Дмитрий Менделеев предложил мне отснять эти лекции по Библии и христианству в Музее Михаила Булгакова и превратить их в серию коротких фильмов. Так получились сорок кинолекций, прекрасно сделанных «Неофитом». А потом, уже в 2019 году, я договорился с издательством «Никея» об издании этих лекций в текстовом формате.
"
Предисловие
Типология религиозного опыта
Часть I. Религия Библии
Глава 1. Своеобразие и состав Библии
Глава 2. Начало еврейского народа
Глава 3. Творение и падение человека
Глава 4. Как трудно встать
Глава 5. Несбывающаяся надежда
Глава 6. Упование грядущего

Часть II. Христианство
Глава 1. Два тысячелетия христианства
Глава 2. Новый Завет
Глава 3. Благая весть
Глава 4. Путь Иисуса
Глава 5. Царство Бога
Глава 6. Тайна Троицы
Глава 7. Тайна Иисуса Христа
Глава 8. Что есть человек
Глава 9. Таинства Царства
Глава 10. Последние времена

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Епископ Василий (Родзянко) — Живет во мне Христос

«Живет во мне Христос. О смысле жизни и православной веры» — сборник размышлений и бесед одного из самых известных проповедников русского зарубежья, епископа Василия (Родзянко).
Революция, эмиграция, переезд из страны в страну, война, заключение в лагерях, смерть супруги и внука, иноческий постриг, проповеди на радио «Би-би-си» — каждое событие его жизни стало частичкой того невероятного духовного опыта, которым отец Василий щедро делился со слушателями и читателями.

Ознакомиться с описанием книги и оглавлением…

"В ХХ веке России было попущено перенести невиданные в истории человечества испытания. 300-летнее царское правление было свергнуто, попытки установить новую демократическую власть задушены в зародыше, a Церковь, на протяжении многих столетий формировавшая российскую государственность и культуру, подверглась тотальному уничтожению. Революция и гражданская война, коллективизация и борьба против «классовых врагов», голод, повсеместная разруха, расстрелы, лагеря и ссылки унесли или искалечили жизни десятков миллионов неповинных людей.
Немногим сотням тысяч россиян удалось спастись за пределами бывшей Империи. В рассеянии многие уповали на лучшее, надеясь, что новая власть долго не продержится и что большевистский кошмар пройдет. Однако наиболее дальновидные представители эмиграции не соблазнились несбыточными мечтами и взялись за дело, понимая, что трагедия на Родине – всерьез и надолго. Философы, богословы, литераторы и на чужбине продолжали мыслить и творить, иерархи организовывали епархии, рядовое духовенство и миряне основывали церковные общины, строили храмы, закладывали монастыри.
Этот живой, творческий процесс выявил немало замечательных людей, которыми современная Россия может по достоинству гордиться, а с частью из них Господь подарил мне радость быть знакомым лично.
Один из них – епископ Василий Родзянко.
"Протоиерей Виктор Потапов, настоятель Иоанно-Предтеченского храма (Вашингтон)

Содержание:

Предисловие

Часть 1. Во что мы верим
Инстинкт, интуиция, вера
О Боге, но главное — в Боге
Вера и суеверие: подлинность и пустота
Надежда никогда не посрамляет
Промысл Божий — путь, который направляет Его воля
Любовь, из которой рождается жизнь
Как Церковь творит из людей одного человека
Господь Иисус Христос, изображенный в каждом из нас
Святой Дух не обрести в одиночестве
Пресвятая Богородица: любимая наша путеводительница
Молитва непрестанная, трезвая и благодатная
Икона — призыв к святости
Святые: ты, я, мы и не только
Религия и наука: два мира, которые объясняют друг друга
Творение мира, полнота гармонии и зло
Грехопадение или поворот от уничтожения к самопожертвованию
Покаяние — обратный путь в Царство Небесное
Свобода или произвол — наш выбор
Смерть и бессмертие: разговор о том, чего не существует

Часть 2. Озарение Христовым Воскресением
Не плачь…
Вера, действующая любовью
Сила Божия в немощи совершается
Безумие Креста — Премудрость Божия
Щедрый дар как основа новой жизни
Как вера отменяет клятву
Стать частью иного творения
Литургия: соединение Божественнойи человеческой любви
Служение, на котором стоит христианство
Живет во мне Христос

Послесловие. Светлой памяти владыки Василия (Родзянко) (1915–1999)

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протоиерей Алексий Уминский. Мы с тобой одной крови. Лекции, беседы, проповеди

Книга протоиерея Алексия Уминского, священника Русской Православной Церкви, настоятеля московского храма Святой Троицы в Хохлах, подготовлена на основе материалов интернет-портала «Православие и мир». В нее вошли лекции, беседы, проповеди разных лет.

Ознакомиться с описанием книги…

"О Евангелии всегда говорить очень сложно, потому что эта книга настолько несопоставима с нашей жизнью, что всегда как-то теряешься. А с другой стороны, у нас никакого другого выхода нет, кроме как жить по Евангелию. Эта проблема несопоставимости жизни по-человечески с жизнью по Евангелию в нашем сознании трансформируется в то, что мы начинаем в большей степени прилепляться к второстепенному и ценить его, считая его главным. И когда это второстепенное меняется, у нас возникает ощущение, что земля уходит из-под ног. Вспомните старообрядческий раскол. Ну, казалось бы, смысл-то в чем? Почему вдруг людям так оказалось важным двоеперстие, или ударения, или «хождение посолонь», или еще что-то такое, что, в общем-то, к жизни во Христе отношения не имеет и не является христианством вообще?
У меня ощущение, что мы входим в некий новый период нового старообрядчества, когда для нас второстепенное является знаком христианства, когда мы определяем свою жизнь во Христе тем, как исполняется богослужебный круг, как мы этот богослужебный круг для себя воспринимаем, как мы воцерковляемся.
В чем заключается воцерковление сегодня? В том, чтобы человек благополучно стал как все: по воскресеньям приходил в храм, регулярно исповедовался и причащался, соблюдал посты, утренние-вечерние правила, три канона перед Причастием и все, как положено.
О чем священник спрашивает обычно на исповеди человека? Утренние и вечерние правила читаете? Посты соблюдаете? Ко Причастию готовились? А вопрос, как живет человек по Евангелию, не задается вообще! Даже не осмысляется никем – ни священниками, ни народом Божиим. И это одна из величайших проблем, которые существуют в нашей церковной жизни.
Евангелие отошло на второй план – по понятным причинам. Нам очень неудобно жить с Евангелием, нам очень тяжело переносить на себя евангельские слова. Как многих смущает поразительный фильм Дрейера «Слово» о том, как человек, христианин, воскрешает мертвых. Ну, как же так, он в прелести! А с другой стороны, давайте откроем Евангелие от Марка и прочтем: Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет. Уверовавших же будут сопровождать сии знамения: именем Моим будут изгонять бесов; будут говорить новыми языками; будут брать змей; и если что смертоносное выпьют, не повредит им; возложат руки на больных, и они будут здоровы (Мк. 16, 16–18).
Когда мы читаем эти слова, кто-нибудь их к себе применяет? Для кого написаны эти слова? Для кого написаны слова про веру, которая может двигать горами? Для кого написаны слова: «Господи, повели мне к Тебе идти по воде»? И такое ощущение, что когда мы читаем Евангелие, мы говорим – это не про нас, это про кого-то другого написано, это к нам отношения не имеет. Но как только мы решаем для себя, что что-то в Евангелии к нам отношения не имеет, то мы – шаг за шагом – начинаем отказываться от Евангелия. И тогда Евангелие становится для нас одной из форм молитвенного правила. Мы совершенно не понимаем, что Евангелие для нас написано, и жить нам по нему надо, мерить себя по нему надо. И исполнять его нам надо.
"

Что значит идти за Христом? В чем главное содержание нашей веры? Кто я в Евангелии? Можем ли мы сказать Богу: «Все мое – Твое»? Готовы ли мы прикоснуться к язвам Христа?
Что такое Церковь и зачем она нужна? Что современный человек хочет от Церкви? Может ли Церковь быть благополучной? Не является ли наша жизнь во Христе хождением по церковному кругу? Как сохранить любовь и не вырастить ребенка атеистом? Можно ли спастись в большом городе?
Эти и многие другие вопросы ставит и пытается дать на них ответы наш современник. С нами, порой жестко, беседует умный, тонкий, а главное, очень не равнодушный человек. Его размышления не дают успокоиться.
Христос воскресает в ранах, в язвах. И если твой Учитель воскрес для тебя таким, то и путь за Ним будет таким же. Когда человек способен Такого коснуться, его радость уже не покинет, что бы с ним ни произошло.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Андрей Десницкий. Сорок вопросов...

Андрей Десницкий
Сорок вопросов о Библии

"Основу этой книги составили статьи, опубликованные в разных периодических изданиях: «Фома», «Нескучный сад», «Альфа и омега», «Христианос» и некоторые другие. Часть статей вошла в почти неизмененном виде, а часть была заметно переработана. "

Ознакомиться с описанием книги, вопросами и оглавлением…

Люди читают Библию – и это прекрасно. Впрочем, очень часто они ее не читают… Но в любом случае они задают вопросы. Что это за книга, откуда она взялась, почему мы можем быть уверены,что она нас не обманывает? Как относиться к разным толкованиям, к нестыковкам в самом тексте, к его «альтернативным версиям»? Наконец, что это за странные слова, понятия, идеи встречаются на страницах библейских книг, что они означают, и как воспринимать их нам сегодня?
Нет числа подобным вопросам, но я решил отобрать сорок из них и постараться на них ответить. Среди них нет ни одного вопроса «по Библии», о толковании того или иного трудного места. Такие вопросы тоже возникают, и я надеюсь когда-нибудь написать книгу и о них. Но в этой затрагиваются только такие, которые касаются Библии в целом или больших ее частей – потому они и называются «вопросы о Библии».
Книга обращена, как говорили раньше, «к массовому читателю». Здесь практически нет узкоспециальных терминов, редкие слова на древних языках приводятся в русской транскрипции, а понятия, которые известные не всем, разъясняются.

Оглавление
От автора

  1. Почему Библии бывают разными?
  2. Что такое богодухновенность?
  3. Что такое библейский канон?
  4. Каксоотносятся Писание и Предание?
  5. Что такое апокрифы?
  6. Зачем христианину Ветхий Завет?
  7. Откуда в Библии разночтения?
  8. Противоречит ли Библия современной науке?
  9. Достоверна ли Библия как исторический источник?
  10. Так говорит Библия – или ее толкователь?
  11. Как распознать неверное толкование?
  12. Что значит толковать Библию по отцам?
  13. Что такое «библейская критика»?
  14. Существует ли «библейское богословие»?
  15. Чем занимается современная библеистика?
  16. Откуда взялся Синодальный перевод?
  17. Нужны ли разные переводы Библии на один язык?
  18. Всё ли в Библии можно точно перевести?
  19. Как относиться к новым переводам на русский?
  20. Говорит ли Ветхий Завет о Христе?
  21. Зачем в библейские времена приносили жертвы?
  22. Почему смерть Христа – это жертва?
  23. Почему в Библии такое значение придается именам?
  24. Зачем в Библии столько родословий?
  25. Отчего так мелочен Ветхий Завет?
  26. Жесток ли ветхозаветный закон?
  27. Призывает ли Библия к геноциду?
  28. Почему псалмы говорят о мести?
  29. Кто такие пророки?
  30. В чем смысл пророчеств?
  31. Кто такие апостолы?
  32. Что говорит Библия о Царствии небесном?
  33. Что говорит Библия о блаженстве?
  34. Что говорит Библия о детстве?
  35. Что говорит Библия о телесной стороне любви?
  36. Что говорит Библия об инвалидности?
  37. Что говорит Библия о смерти?
  38. Говорит ли Библия о таинстве Причащения?
  39. Почему у православных «не всё по Библии»?
  40. Каковы перспективы библеистики в России?

    Свернуть…

Андрей Десницкий
Сорок библейских портретов

«В чем же цель этой книги, которую вы сейчас держите в руках? Поближе познакомить читателя с людьми, о которых говорит Библия, рассказать о главных событиях их жизни, об их проблемах, трудных решениях, радостях и печалях.»

Ознакомиться с описанием книги и оглавлением…

«Библия часто представляется нам – и верующим, и неверующим, и тем, кто хорошо ее знает, и тем, кто берет ее в руки в первый раз – сборником назидательных текстов и вероучительных формулировок. Да, в ней всё это есть, но не это в ней главное. Назидания и в особенности вероучение занимают в ней вообще довольно скромное место. Библия – это прежде всего рассказ о разных людях, об их отношениях с Богом и друг с другом,а всё остальное появляется в ней только в связи с этим рассказом.»

Оглавление
Предисловие

  1. Адам и Ева: в начале
  2. Ной: человечество как единая семья
  3. Авраам и Сарра: путь призванных
  4. Исаак: продолжение странствий
  5. Иаков – праведник, боровшийся с Богом
  6. Иосиф – проданный брат
  7. Моисей – посредник меж Богом и народом
  8. Иисус Навин – воин во имя Господа
  9. Судьи: череда харизматических вождей
  10. Самуил и Саул: последний судья и первый царь
  11. Давид – царь перед Богом
  12. Соломон: золотой век Израиля
  13. Цари двух царств: Иерусалим и Самария
  14. Илия – молниеносный пророк
  15. Амос, Осия, Михей, Софония: пророки предупреждения
  16. Исаия – Пророк с большой буквы
  17. Иоиль, Аввакум, Наум, Иона: пророки разрушения
  18. Иеремия – печальный пророк
  19. Иезекииль – пророк надежды
  20. Даниил – пророк изгнания
  21. Эсфирь – царица из народа
  22. Аггей, Захария, Авдий, Малахия: пророки возвращения
  23. Эзра и Неемия: новое начало
  24. Маккавеи – первые антиглобалисты
  25. Иов: проклятые вопросы
  26. Матфей – мытарь и евангелист
  27. Марк – робкий юноша и смелый апостол
  28. Лука – врач, художник, повествователь
  29. Иоанн – любимый ученик
  30. Иоанн Креститель: на шаг впереди Христа
  31. Дева Мария и плотник Иосиф: семья Иисуса
  32. Двенадцать апостолов: ближний круг
  33. Петр – первый из двенадцати
  34. Двенадцать апостолов: остальные имена
  35. Ироды, цари Иудеи
  36. Каиафа и Анна: священники при Храме
  37. Иуда Искариот и Понтий Пилат: сделавшие свой выбор
  38. Никодим, Иосиф, Гамалиил – фарисеи за Иисуса
  39. Павел, посол и узник Христа
  40. Первые христиане: у истоков Церкви

    Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Софья Куломзина. Наша церковь и наши дети

Софья Куломзина. Наша церковь и наши дети.

В сборник известного православного педагога и автора нескольких книг по детскому религиозному образованию включены книги «Наша Церковь и наши дети» и «Семья — малая Церковь», беседы с родителями на радио «Свобода», а также неизданные ранее статьи и доклады.
Книга адресована родителям, учителям воскресных школ, катехизаторам и другим взрослым членам Церкви, занимающимся детским религиозным образованием.

Ознакомиться с описанием книги…

Книга «Наша Церковь и наши дети. Христианское воспитание детей в современном мире» С. С. Куломзиной — классика православной педагогики. Куломзина имела огромный педагогический опыт, обогащенный общением с коллегами, которым она делиться в этой книге. В «нашей Церкви и наших детях» Куломзина пытается дать взвешенное представление о целях, принципах и методах православного воспитания. Работа Церкви здесь имеет три измерения: «созидание полноценной литургической жизни в приходе, тесное общение с родителями и домом, а также религиозное обучение детей». Куломзина последовательно разбирает такие темы как: цели христианского воспитания, возрастные особенности детей, христианское воспитание в семье, учитель, христианская семья в современных условиях.

Спрашивайте книги в лавке храма. Если же вы хотите заказать доставку, то напишите нам на lavkauspenie15@yandex.ru, указав адрес и телефон.

Свернуть…

Протопресвитер Александр Шмеман. Исторический путь православия

Протопресвитер Александр  Шмеман. Исторический путь православия.

«Эта книга — не история Православной Церкви, еще менее — научное исследование. Писать общую историю на четырехстах страницах значило бы свести ее к одному перечню имен и дат. Читатель найдет здесь как бы комментарий к такой истории с ссылками на главные события, попытку в прошлом различить главное от второстепенного, отметить — хотя бы в основном — вехи длинного исторического пути Православной Церкви.»

Ознакомиться с описанием книги…

Предисловие.
Эта книга — не история Православной Церкви, еще менее — научное исследование. Писать общую историю на четырехстах страницах значило бы свести ее к одному перечню имен и дат. Читатель найдет здесь как бы комментарий к такой истории с ссылками на главные события, попытку в прошлом различить главное от второстепенного, отметить — хотя бы в основном — вехи длинного исторического пути Православной Церкви. Я не скрываю своей оценки событий, но не считаю ее, конечно, ни сколько-нибудь окончательной, ни исчерпывающей. Мне думается, что раздумье над прошлым, оценка его по совести, безбоязненное приятие исторической правды сейчас особенно необходимы всем тем, для кого Церковь стоит в центре всех стремлений, всех надежд. Свою собственную оценку я понимаю, скорее как вопрос, чем как ответ или «суд».
В основе этого «обобщения» лежит курс по истории Восточной Церкви, который я читал с 1945 по 1951 гг. в Православном Богословском Институте в Париже, а последние два года в Св. Владимирской Духовной Академии в Нью-Йорке. Кончая эту книгу, я хочу поблагодарить тех, кто в эти годы были для меня вдохновляющим примером служения Христианской Истине. Прежде всего, моего учителя проф. А. В. Карташова, под руководством которого я начинал изучение церковной истории; моих учителей и коллег в Парижском Богословском Институте; декана Св. Владимирской Академии прот. Г. В. Флоровского: читатель сам увидит сколь многим я обязан ему. Особенно же хочу назвать имя проф. С. С. Верховского: дружбе и общению с ним я обязан больше, чем могу выразить.
Прот. А. Шмеман
Нью-Йорк, Март 1953 г.

Содержание.
ПРЕДИСЛОВИЕ
ГЛАВА ПЕРВАЯ. НАЧАЛО ЦЕРКВИ
«Деяния Апостольские». Иерусалимская община: ее
устройство и жизнь. Разрыв с иудейством. Миссия.
Апостол Павел
ГЛАВА ВТОРАЯ. ЦЕРКОВЬ ГОНИМАЯ
Церковь и грекоримский мир. Гонения и мученики.
Борьба с гнозисом. Значение III века
ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ПОБЕДА ХРИСТИАНСТВА
Обращение Константина. Новые отношения с
государством. Смысл арианской смуты. Перемены в
церковной жизни. Монашество
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ. ЭПОХА ВСЕЛЕНСКИХ СОБОРОВ
Христологические споры и их значение в истории
Православия. Отпадение Востока. Юстиниан. VII
век
ГЛАВА ПЯТАЯ. ВИЗАНТИЯ
Значение византийского периода. Иконоборческий
кризис. Византия и Рим. Византия и славяне
ГЛАВА ШЕСТАЯ. ТЕМНЫЕ ВЕКА
Турецкое иго. Православный национализм. Падение
культуры. Освобождение
ГЛАВА СЕДЬМАЯ. РУССКОЕ ПРАВОСЛАВИЕ
Начало христианства в России. Киев — Московское
царство — Синодальный период
ПОСЛЕСЛОВИЕ

Свернуть…


Бычков Сергей Сергеевич. Духовные очаги Сергиева Посада в ХХ столетии

Бычков Сергей Сергеевич. Духовные очаги Сергиева Посада в ХХ столетии

К тридцатилетию со дня гибели протоиерея Александра Меня.

В книге доктора исторических наук Сергея Бычкова рассказывается о Катакомбной Церкви 30-х-40-х годов прошлого столетия...

Ознакомиться с описанием книги…

В книге доктора исторических наук Сергея Бычкова рассказывается о Катакомбной Церкви 30-х-40-х годов прошлого столетия, о подвиге епископа Афанасия (Сахарова), о лагерных мучениях воспитанника Троице-Сергиевой Лавры иеромонаха Иеракса (Бочарова). О тесной связи общины священномученника Сергия Мечева с паствой, духовное руководство которой осуществлял епископ Афанасий. Дана подробная биография выдающегося ученого, психиатра Дмитрия Мелехова, который был духовным сыном священника Сергия Мечева, а затем – священника Александра Меня. Впервые подробно рассказано об общине Сербского подворья, которое располагалось на Солянке, в храме святых Кира и Иоанна, уничтоженном большевиками.
Издание подробно иллюстрировано редкими фотографиями мучеников и исповедников, так или иначе связаннных с Сергиевым Посадом.

Спрашивайте книги в лавке храма. Если же вы хотите заказать доставку, то напишите нам на lavkauspenie15@yandex.ru, указав адрес и телефон.

Свернуть…

Жан-Клод Ларше. Лицо и природа

Жан-Клод Ларше. Лицо и природа

Ж. -К. Ларше является автором 30 книг, переведенных на 18 иностранных языков, более 150 статей и около 700 рецензий. Его труды проникнуты стремлением найти ответы на духовные вопросы, волнующие современных людей, и основаны на библейском, литургическом и святоотеческом достоянии Церкви.

Ознакомиться с описанием книги…

Книга знаменитого современного православного богослова и патролога Жан-Клода Ларше «Лицо и природа» посвящена критическому анализу системы интерпретации в персонализме, применяемой к различным областям богословия у двух известных современных богословов — митрополита Иоанна (Зизиуласа; одного из ведущих иерархов Константинопольского Патриархата) и Христоса Яннараса. Труды этих мыслителей, повлиявших своими идеями и на некоторых других богословов, изданы в переводе и известны в России. Жан-Клод Ларше в своем критическом исследовании показывает, что данная система персонализма, будучи вдохновлена таким философским течением, как экзистенциализм, чужда христианству и во всех областях богословия, к которым она применяется (триадология, христология, антропология, экклезиология, учение о духовной жизни), нарушает тонкое равновесие, баланс, установленный святоотеческой Традицией, между лицом и природой, Богом и человеком и приводит к серьезным ошибкам. Помимо своего критического измерения данная книга углубляет понимание значения и соотношения между понятиями лица и природы, сущностными для христанского учения.

Жан-Клод Ларше родился в 1949 году в городе Бадонвиллер на северо-востоке Франции в католической семье и в возрасте 23 лет стал православным христианином. Становление Ж. -К. Ларше как богослова происходило под влиянием его духовного отца архимандрита Сергия (Шевича), а также благодаря общению с преподобным Иустином (Поповичем), архимандритом Софронием (Сахаровым), учениками старца Иосифа Исихаста — старцами Ефремом Катунакским и Харалампием, со старцами Ефремом Филофейским, Иосифом Ватопедским и преподобным Паисием Афонским.

Спрашивайте книги в лавке храма. Если же вы хотите заказать доставку, то напишите нам на lavkauspenie15@yandex.ru, указав адрес и телефон.

Свернуть…