Священник Георгий Чистяков — В поисках Вечного Града. О встрече с Христом

«В поисках Вечного Града. О встрече с Христом» — книга воспоминаний, размышлений и статей священника Георгия Чистякова, яркого христианского публициста, известного проповедника и богослова.

Центральное место в богословии автора занимает встреча со Христом, вера, которая зиждется на непрестанном личном общении человека с Богом. В книге священник делится личными воспоминаниями из детства, юности и взрослой жизни, рассуждает о культурных и исторических текстах, размышляет о судьбах и словах великих людей.

Богословская мысль отца Георгия Чистякова (1953—2007) во всем ее многообразии следует апостольскому суждению о призвании всякого христианина: Верен Бог, Которым вы призваны в общение Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего (1 Кор. 1: 9). Современность этой мысли определяется преодолением нарциссизма и индивидуализма современной цивилизации, которая, как писал отец Георгий, основана «на том, что можно себе представить. Если что-то не может быть представлено, то этого как бы и нет. Так рассуждает человек сегодняшней эпохи. А Бог Откровения — Он ״неизреченен, недоведомь, невидимь, непостижимъ“, как говорится в анафоре литургии св. Иоанна Златоуста. Его нельзя ни описать словами, ни охватить умом, ни увидеть, ни представить себе в воображении. Его можно только встретить».

Содержание.

Содержание

Введение. Александр Филоненко

Глава 1. «Плотию уснув яко мертв…»
Великая Суббота
О пасхальной радости
Крестный ход
Песнь арфиста
«Плащаницею чистою обвив...»

Глава 2. «На заре туманной юности…»
Встреча
Чтобы эта дорога стала моею
Белые, дальние волны
Бог сокровенный
Внутренний эмигрант
В окрестностях Сарова

Глава 3. «Quorum imitamini Fidem»
Отец Жак Лёв
I have a dream
Эдит Штайн: тайна веры
«Господь хочет видеть людей счастливыми»
Русские странницы
Мария Юдина
«Нет совести без памяти»
Владимир Соловьев. Брат и собеседник
«Вечная красота личности»
Памяти А. Д. Сахарова

Глава 4. «Мыслить — значит видеть»
Немое солнце Ада
Данте в Чистилище
Путешествие души
«Мыслить — значит видеть»
Еще раз о Мандельштаме
Хорхе Луис Борхес
Трудный диалог продолжается
Мюнстерские колокола

Послесловие. Памяти отца Георгия
Протоиерей Николай Чернышов «Родные мои»
Иеромонах Димитрий (Першин)
«Не отрываться от Бога во всех ситуациях жизни»

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Митрополит Антоний Сурожский — «Христианство или «церковничество»»

«Христианство или “церковничество”» — честный и открытый разговор о главном и второстепенном в духовной жизни. Беседы митрополита Антония посвящены одной из наиболее острых проблем современного христианина — опасности подмены живой веры формальной религиозностью, подмены Церкви ради Христа Церковью ради Церкви.

Перед вами — запись девяти бесед митрополита Антония в Лондонском приходе, которые проходили с 8 февраля по 28 июня 1990 г. Эти беседы сначала были опубликованы на английском языке под названием «Churchianity versus Christianity»; полное отдельное издание на русском языке выходит впервые.

«Все, что я сейчас делаю, я делаю с надеждой, с верой, со страстной верой в каждого из вас и в Церковь Божию. Я бы даже сказал, что говорю с верой в себя самого — не с самоуверенностью, но зная, что Бог создал каждого из нас, призвал каждого из нас в бытие, в трагический мир, в котором мы живем, потому что Он верит в каждого из нас; Он доверяет нам, Он на все надеется от нас. И это должно быть достаточным основанием для вдохновения и мужества».

Митрополит Антоний

В книге «Христианство или „церковничество“» митрополит Антоний Сурожский, один из наиболее выдающихся православных проповедников и богословов ХХ века, обсуждает со своей паствой наиболее сложные темы, касающиеся искренности, полноты и подлинности нашей церковной жизни и ее внутреннего духовного устроения.
Отвечая на самые болезненные вопросы современных верующих и ищущих Бога людей, владыка Антоний сочетает суровость оценок с глубокой любовью к человеку.
В книгу также вошли размышления духовных чад митрополита Антония — протоиерея Сергия Овсянникова, протодиакона Петра Скорера и Косты Карраса — о понимании владыкой сущности и миссии Церкви.

Содержание.

Содержание.
— Предисловие — Протоиерей Павел Великанов
— Митрополит Антоний Сурожский ХРИСТИАНСТВО ИЛИ «ЦЕРКОВНИЧЕСТВО»

 — Беседа I
 — Беседа II
 — Беседа III. Ответы на вопросы
 — Беседа IV. Ответы на вопросы
 — Беседа V
 — Беседа VI
 — Беседа VII
 — Беседа VIII
 — Беседа IX

ОБ ЭККЛЕСИОЛОГИИ МИТРОПОЛИТА АНТОНИЯ СУРОЖСКОГО

 — Понимание миссии Церкви митрополитом Антонием Сурожским —
 — Протоиерей Сергий Овсянников Община — храм — Царство Небесное —
 — Протодиакон Петр Скорер Живая епархия в служении Богу Живому — Коста Каррас

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Божественная литургия святителя Иоанна Златоуста. С объяснением протоиерея Алексея Уминского

Литургия является основой и центром всего, что совершается в Церкви. Вся православная богослужебная традиция готовит лишь к одному – к Евхаристии. Но все ли происходящее на Литургии мы можем понять и пережить духовно?

В этой книге известный священник, протоиерей Алексей Уминский рассказывает о смысле, значении Таинства Евхаристии и шаг за шагом разъясняет все действия, совершающиеся на службе Божественной Литургии.
Текст Божественной литургии напечатан крупным шрифтом с выделением песнопений; во второй части дается объяснение смысла и значения таинства Евхаристии, а также всех действий, совершаемых священнослужителями.

Спрашивайте книги в лавке храма.

Михаил Кунин — Серия ЖЗЛ. Отец Александр Мень

Отец Александр Мень (1935—1990) принадлежит к числу выдающихся людей России второй половины XX века. Можно сказать, что он стал духовным пастырем целого поколения и в глазах огромного числа людей был нравственным лидером страны. Редкостное понимание чужой души было особым даром отца Александра. Его горячую любовь почувствовал каждый из его духовных чад, к числу которых принадлежит и автор этой книги.

О жизни и трагической гибели отца Александра Меня и рассказывается в этой книге. По свидетельствам множества современников, его жизнь явила собой евангельский идеал и потому навсегда вошла в историю Церкви. Принятая им апостольская миссия намного превзошла по длительности его краткую жизнь. Ибо его проповедь, огненное слово о живом Христе обращены не только к современникам, но и к будущим поколениям людей.

Предисловие.


ПРЕДИСЛОВИЕ
Протоиерей Александр Мень принадлежит к числу выдающихся людей России второй половины XX века. Его книги об истории религии, о Библии, о христианстве, которые с конца 60-х годов стали печататься в Бельгии издательством «Жизнь с Богом> и различными путями достигали советского читателя, становились плодотворными семенами возрождения христианской веры. Все это происходило в стране, в которой тысячи священнослужителей и мирян подвергались жестоким репрессиям с первых же дней революции 1917 гола, а в 1960 году главой государства было обещано через пять лет показать по телевизору «последнего попа» и на этом с религией покончить.
В 1929 году митрополит Сергий (Страгородский), фактический глава Русской Православной церкви, пытаясь защитить Церковь от репрессий, пошел на рискованный компромисс с советской властью и издал декларацию, в которой утверждал, что в СССР нет гонений на религию, а есть только преследования за антисоветскую деятельность. С этого времени сотни епископов и священников были вынуждены уйти в подполье и нелегально продолжать свое служение. Возникла по существу «катакомбная» Церковь. Целью этой Церкви было сохранение чистоты Православия. В условиях, когда были закрыты все духовные семинарии, когда были закрыты все монастыри и почти все храмы, а на свободе осталось лишь несколько епископов, когда преподавание религии стало уголовным преступлением, христианская вера оставалась целью и содержанием жизни многих тысяч верующих, священников и мирян. Богослужения совершались тайно по домам, необходимо было соблюдать крайнюю осторожность в контактах с людьми. Но людей, сердца которых тянулись к постижению истинного смысла человеческой жизни, Бог самыми различными путями приводил к Евангелию и к Церкви.
Можно, пожалуй, сказать, что история, изложенная в предлагаемой книге, началась с того, что одна девочка из еврейской семьи с первых лет обучения в гимназии в Харькове, едва узнав о Христе, всем сердцем потянулась к Нему и к Его Евангелию. Это влечение сохранялось и росло, и когда Елена Семеновна Мень, уже в Москве, стала женой и матерью, она приняла Крещение вместе со своим первенцем, Аликом Менем, в сентябре 1935 гола. Крестил их в одном из домиков Сергиева Посада (в советское время Загорска) архимандрит Серафим (Битюков), до 1929 года настоятель храма Святых бессребреников Кира и Иоанна на Солянке в Москве. В этом доме была одна из таких «катакомбных» общин того времени. Подпольно совершались богослужения, крещения и духовное окормление членов этой общины.
Семье Меней помогала двоюродная сестра Елены Семеновны, Вера Яковлевна Василевская. Она в 1918 году закончила одну из лучших московских гимназий, затем — философский факультет МГУ и впоследствии стала кандидатом педагогических наук, Вера Яковлевна, в сущности, посвятила всю свою жизнь Леночке (Елене Семеновне Мень), при этом особенно она любила Алика, и все свое интеллектуальное и духовное богатство стремилась передать ему буквальное с первых дней его рождения. Алик Мень с раннего детства проявлял себя как необычайно талантливый ребенок. И, конечно, глубоко духовная и культурная атмосфера, создававшаяся мамой и тетушкой, легла на исключительно благоприятную почву.
Предлагаемая книга замечательно передает жизнь этой подпольной православной общины, начиная с 30-х и до середины 40-х годов, когда на совещании православных епископов в одном из лагерей ГУЛАГа было принято решение о выходе «катакомбной» церкви из подполья и возвращении в храмы Русской Православной церкви. Такое решение было связано с избранием Патриарха Алексия (Симанского) на Церковном соборе 1945 года и признанием этого избрания каноническим и законным. Конечно, гонения на Церковь и верующих не прекратились, но стали несколько мягче. Об этом послевоенном периоде жизни Церкви и верующих, о духовной атмосфере этого времени также замечательно рассказано в книге.
Алик очень рано стал читать и писать. Удивительно, что первые слова, написанные им в четыре года печатными буквами, стали заглавием всей его последующей жизни; «Не будь побежден злом, но побеждай зло добром» (Рим, 12: 21). В двенадцать лет, во время празднования 800-летия Москвы, когда и небо в лучах бесчисленных прожекторов был поднят на аэростатах грандиозный портрет Сталина, Алик, уже знавший о бесчисленных злодеяниях вождя народов, принял решение стать священником. Знаменательно, что мальчик избрал в качестве противостояния тирану не путь политической борьбы и революций, а служение Богу и Церкви.
В этом служении будущий отец Александр уже с детства был наставляем и избрал сам не путь церковной замкнутости и изоляции от падшего мира, а путь глубокой веры в Бога, верности Священному Писанию, Церковной традиции с одновременной открытостью миру, науке, культуре и каждому человеку.
В это же время он пережил опыт глубокой встречи со Христом. Как бы ответом на его мрачные юношеские стихи стало переживание необычайной близости внутренне явившегося ему Иисуса как света, мудрости и разума. Реальность пережитого события и близости Христа сохранилась на всю жизнь и наложила отпечаток на все дела и решения отца Александра.
Книга очень хорошо передает замечательно дружную и духовную атмосферу жизни семьи Меней. Моя жизнь сложилась так, что уже в 1946 году, когда я пошел в первый класс 554-й школы, я очень скоро решил дружить с мальчиком из моего класса, Павликом Менем. С тех пор и до настоящего времени мы остаемся с Павлом самыми близкими друзьями. Мы жили на Серпуховке в соседних домах. Семья Меней стала для меня настоящей второй семьей. Я чуть не каждый день бывал у них в доме. Летом часто бывал и жил у них на даче на станции «Отдых» Казанской железной дороги. Так что могу свидетельствовать, что всё, о чем рассказывает эта книга, целиком соответствует моим воспоминаниям и пережитому времени.
Не могу не сказать об особой значимости в судьбе отца Александра Меня удивительного русского святого, преподобного Сергия Радонежского, основателя Троице-Сергиевой лавры и городе Сергиев Посад Московской области. В жизни преподобного Сергия, который, по мнению многих историков России, сыграл, пожалуй, решающую роль в объединении разрозненных русских княжеств в единое государство и освобождении от татарского ига в XIV веке, есть один поразительный факт. Он первый из устроителей монастырей средневековой Руси основал свою обитель в честь Святой Троицы. Как он сам говорил, в этом был его призыв к подражанию любви и единству Божественных Лиц в противовес ненавистной розни князей.
Именно в Сергиевом Посаде 3 сентября 1935 года семимесячный Алик принимает Святое Крещение. Именно там с этого времени принимают духовное оформление он сам, его мама и тетушка. Архимандрит Серафим сразу после начала войны, летом 1941 года, благословляет Елену Семеновну Мень с мальчиками остаться в деревне Глинково, в 5 километрах от Сергиева Посада, сказав, что немцы Сергиев Посад не возьмут. Многие подмосковные города зимой 1941 года были оккупированы немцами, по Сергиев Посад был не тронут. И, несмотря на тяжелейшие условия выживания, Елена Мень с мальчиками смогли прожить там до сентября 1943 гола. В Сергиевом Посаде до 1961 года семья получала духовное окормление у схиигуменьи Марии, часто навещая ее.
В Пушно-меховом институте Александр знакомится со своей будущей женой, Наташей Григоренко, которая жила со своими родителями рядом с Сергиевым Посадом. С 1964 года семья отца Александра живет в доме Наташи. Наконец, 9 сентября 1990 года в 6.40 утра отец Александр был убит ударом топора в голову неподалеку от дома, когда он шел па электричку, чтобы ехать в свой храм в Пушкино служить воскресную литургию. Это случилось на той тропе, по которой преподобный Сергий ходил из родительского селения Радонеж на Маковец, где он основал Троице-Сергиеву лавру. На месте убиения в 2000 году построен храм, посвященный преподобному Сергию,
В заключение желание моего сердца привести несколько слов об отце Александре Мене С. С. Аверинцева, нашего замечательного литературоведа, философа и историка:
«9 сентября 1990 г., за день до Усекновения главы Иоанна Предтечи, топор убийцы рассек голову о. Александра Меня. Голову священника на пути в храм. Недруги столько корили его нерусской его кровью (кровью ветхозаветных патриархов), и вот теперь кровь его навсегда смешана с русской, с московской землей. С землей края преподобного Сергия. Более нерасторжимой связи и быть не может. <…> Он писал и говорил на языке века, чтобы его услышали. Он мог бы сказать о себе словами апостола Павла: «Будучи свободен от всех, я всем поработил себя, дабы больше приобрестъ… Для немощных я был как немощный, чтобы приобресть немощных. Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых» (1 Кор. 9: 19, 22). Князь мира сего никому еще не прощал такого поведения. И на вершине горы — крест». (Из книги: Памяти протоиерея Александра Меня. М.: Рудомино, 1991.)
Я горячо советую взявшему в руки эту книгу прочитать ее всю, чтобы, во-первых, осознать всю тяжесть и противоестественность советского времени, из которого мы, к нашему великому счастью, вышли после 1990 года. А во-вторых, почувствовать истинность и радость того пути христианской веры, который, наряду со многими другими служителями Христа, нам открывает личность, жизнь и труды протоиерея Александра Меня.

Пpoт. Александр Борисов

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протопресвитер Александр Шмеман — Введение в литургическое богословие

Книга собрана на основе докторской диссертации отца Александра. Ее будет полезно прочесть каждому, кто хочет по-новому осмыслить участие в Таинстве, превратив его в настоящее приобщение являемому на земле Царству Божию. Автор приводит экскурс в историю церковного богослужения, помогает понять смысл и значение литургии, ее неотъемлемость от существа христианской веры.

В 2021 году исполнилось 100 лет со дня рождения протопресвитера Александра Шмемана, выдающегося мыслителя, богослова и проповедника XX столетия. Отец Александр никогда не отделял богослужение от жизни, для него литургия — это и есть жизнь, а литургическое богословие — опыт познания Бога через молитву Церкви.

«Введение в литургическое богословие» — ключевая работа отца Александра Шмемана, составляющая фундамент его дальнейшей мысли.

«Истинный замысел богослужения — не в символическом, а в реальном исполнении Церкви: новой жизни, дарованной во Христе, и это вечное преложение самой Церкви в Тело Христово, ее восхождение — во Христе и со Христом — в эсхатологическую полноту Царства и есть источник всякого христианского делания в мире сем, возможности «поступать, как Он»… Не система прекрасных символов, а возможность в мир низводить тот поедающий и преображающий огонь, о котором Господь томился — пока он разгорится…»

«В грохоте и шуме технологических революций, в мире, похожем одновременно и на сумасшедший дом, и на леса какого-то непонятного, грандиозного здания, общий план которого никому не понятен и которое все же строится, старые и привычные символы перестали доходить до человеческого ума, сознания, совести. Или, вернее, они стали только символами, лишились способности быть носителями силы, преображающей «реальность» и как бы естественно, непреодолимо, победоносно подчиняющей ее — эту реальность — Царству Божьему, всеобъемлющей цели, провозглашаемой Евангелием. Не случайно столько православных так любят символическое истолкование богослужения и этим истолкованием так легко удовлетворяются. Здесь, как в фокусе, находит свое выражение тот почти всеобъемлющий символизм христианского сознания, что пришел на смену исконному его и столь же всеобъемлющему реализму».

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протопресвитер Александр Шмеман — Дневники 1973-1983

"Этот дневник отец Александр вел с 1973 года с небольшими перерывами вплоть до начала последней болезни. Писал он по-русски, на языке, который был ему родным с детства, проведенного в «русском» Париже.
"Настоящее издание воспроизводит дневник почти целиком.

Предисловие.

ПРЕДИСЛОВИЕ

После кончины протопресвитера Александра Шмемана в столе его кабинета в Свято-Владимирской семинарии, где он был деканом, были найдены восемь тетрадок, исписанных его рукой. Этот дневник отец Александр вел с 1973 года с небольшими перерывами вплоть до начала последней болезни. Писал он по-русски, на языке, который был ему родным с детства, проведенного в «русском» Париже.

Дневник отца Александра неизменно поражает широтой своего охвата. Им увлечется и ценитель литературы, и любитель политики, встретив тонкость суждений на самые разные темы, но прежде всего поражает глубина религиозного осмысления жизни. Все повседневные, частные явления, все многочисленные впечатления и оценки возведены к главному, к тому высшему смыслу, который вложен в замысел Божий о творении. И над всеми противоборствами и огорчениями, над всей критикой и обличениями основная тональность дневника – радость о Господе и благодарность Ему.

В дневнике упоминаются очень многие люди – это и учителя в кадетском корпусе, и профессора Свято-Сергиевского института, его друзья и наставники, коллеги по Свято-Владимирской семинарии, студенты, знакомые, представители всех «трех эмиграции» – круг общения отца Александра был чрезвычайно широк. Ему были интересны все люди. Он следил за событиями в России, радовался начинающемуся там духовному возрождению, которому и сам способствовал – регулярными передачами на радио «Свобода» и, конечно, своими книгами. Свою последнюю книгу, «Евхаристия. Таинство Царства», он сразу писал по-русски как дань земле, которую никогда не видел, но всегда считал своей. И, конечно, дневник позволяет увидеть глазами отца Александра его близких – жену Ульяну Сергеевну (в дневнике он так написал о ней: «В субботу – Льяне пятьдесят лет! Целая жизнь, и какая счастливая жизнь, вместе!»), дочерей Анну, Марию и сына Сергея (опять приведем его слова: «Каких удивительных, хороших детей дал мне Бог») и их семьи, брата Андрея и многих других.

Диагноз смертельной болезни был поставлен отцу Александру в сентябре 1982 года. В течение нескольких месяцев в дневнике не появлялось новых записей, и только 1 июня 1983 года отец Александр последний раз открыл свой дневник. Он написал о той «высоте», на которую подняла его болезнь, о любви и заботе близких и закончил дневник словами: «Какое все это было счастье!» Шесть месяцев спустя, 13 декабря 1983 года, окруженный близкими, отец Александр умер у себя дома в Крествуде. Последние слова, которые он ясно произнес, были: «Аминь, аминь, аминь».

Сергей Шмеман

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Альманах «Христианос» № 30

Ежегодник, включающий статьи, интервью и переводы авторов со всего мира, выпускает в Риге (Латвия) Международное благотворительное общество им. Александра Меня. Инициаторы и бессменные руководители этого Общества Наталия Большакова и Василий Минченко.

От редакции.

Страницы истории в лицах и датах
Так сложилось, что в 2021 г. в «Христианос-30» мы не могли пройти мимо нескольких важных событий, о которых нам напомнили круглые даты (строго говоря, не являющиеся юбилеями), значимость коих для Церкви, для христиан и, в частности, живущих в Латвии, — неоспорима.
И сам номер альманаха — 30-й — тоже достаточно «круглый» и, в каком-то смысле, невероятный для нас самих: по присказке «Люди так долго не живут…» или что-то в этом роде.
И такого большого по объему альманаха мы еще не выпускали, и это получилось не специально, — возможно, он таков потому, что мы попытались охватить период с XIX века по век XXI — через события, переплетенье дат и судеб.

Читать далее…


Например, Рижский женский монастырь. С момента его зарождения в 1891 г. прошло 130 лет, и монастырь живет, он никогда не закрывался, а его филиал — Преображенская пустынь, названная архим. Таврионом (Батозским, 1898—1978) «Зарей возрождения Церкви» — стал духовным центром для верующих, стекавшихся сюда со всего СССР во времена тоталитарного безбожного режима. О его основателях, истории обители, старце Таврионе; и о жизни монахинь уже в нынешние времена читатель найдет материалы (причем, в разных жанрах) в первой рубрике альманаха.
В 2021 г. христиане в разных странах будут отмечать 100-летие со дня рождения выдающегося богослова-литургиста, автора многих книг, педагога, пастыря и про-поведника, — протопресвитера Александра Шмемана.
Тексты, полученные редакцией «Христианоса» от учеников, коллег, друзей, почитателей о. Александра — из Франции, России, из США — составляют вторую ру-брику альманаха, в которой, кроме текстов, есть уни-кальные архивные фотографии.
В рубрике «Слово пастыря» мы продолжаем публикацию гомилетического наследия архим. Виктора (Мамонтова); в этом номере ее составляют впервые пуб-ликуемые проповеди 1998 г. (расшифрованные с аудио-записей, сделанных в церкви прп. Евфросинии По-лоцкой, в г. Карсаве). Следом идут материалы о самом Викторе Мамонтове. И не только во времена его свя-щеннического служения в Латвии, а и о его жизни до Латвии, когда он, будучи филологом и литературоведом (Южно-Сахалинск, Москва), был связан со многими людьми литературы, искусства, посвятил годы изучению наследия Максимилиана Волошина в Коктебеле; а также об удивительных встречах о. Виктора с интереснейшими людьми во время его поездок в Израиль, в Англию, во Францию, Бельгию. Эти статьи, сопровождаемые уникальными фотографиями, мы посвящаем 5-летней годовщине кончины архим. Виктора.
Кто знаком с историей возникновения альманаха «Христианос», с его, так сказать, родословной, и с темами и материалами многих выпусков альманаха, тем не надо объяснять, почему мы не могли не посвятить рубрику исповеднику свт. Крымскому Луке (Войно-Ясенецкому, 1877—1961) по случаю 60-летия его кончины. На сей раз мы публикуем два исторических материала о жизни, служении, о сложнейших перипетиях в судьбе великого ученого и епископа, об испытаниях, которым не было конца до его последних дней. Тексты включают в себя фрагменты документов, свидетельствующих и об атмосфере в стране, и о тяжком положении внутри Русской Православной Церкви.
Завершает 30-й выпуск «Христианоса» рубрика IN MEMORIAM — посвященная нашему личному другу, верному читателю и другу Редакции альманаха, буквально только что ушедшему от нас — замечательному писателю, рыцарю веры и культуры — Валентину Яковлевичу Курбатову. Мы даем прозвучать его собственному неподражаемому голосу — в его письмах.
Заканчивая этот краткий обзор «юбилейного» аль-манаха, снова, как и десять лет назад, в «Христианосе- XX», хочется произнести слова благодарности: нашим читателям, авторам, переводчикам, друзьям и помощ-никам, всем тем, кто молился о нас, присылал письма с откликами на тексты альманахов, кто присылал по-жертвования, кто жертвовал свой труд, организовывал презентации альманахов в разных городах и странах. Без этого участия многих людей, оказывавших на протяжении всех трудных 30 лет разнообразную и необходимую помощь, мы не прошли бы такой путь! Их верность и доверие поддерживали нас и давали силы работать.
До новых встреч!
Редакционный совет альманаха «ХРИСТИАНОС»

Свернуть…

СОДЕРЖАНИЕ…

СОДЕРЖАНИЕ

От редакции. Страницы истории в лицах и датах…………….4

К 130-ЛЕТИЮ СО ДНЯ ОСНОВАНИЯ РИЖСКОГО ЖЕНСКОГО МОНАСТЫРЯ (1891—2021)

Инокиня Евфросиния (Седова). К 130-летию Рижского женского монастыря: о его основателях и истории обители………………...9

Спасо-Преображенская пустынь — филиал Рижского Троице-Сергиева женского монастыря — «Заря возрождения Церкви» (архим. Таврион (Батозский)
Александр Столяров. Литургия старца Тавриона…81

Лика Керенская.
Монастырские рассказы……….97
Отцы…………………………………...98
Матери………………………………...104
Монастырь и мир……………………….107
Катя-калечка и сила в немощи…………….110
Сестрички и тайны монастырской кухни……...114
Остров «Пустынька» в Иерусалиме…………119

К 100-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ПРОТОПРЕСВИТЕРА АЛЕКСАНДРА ШМЕМАНА

Архиепископ Сан-Францисский и Западно-Американский Вениамин (Питерсон). Размышления в связи со столетней годовщиной со дня рождения
отца Александра Шмемана. (Пер. с англ)……...125

Прот. Владимир Ягелло. Воспоминания о
протопресвитере Александре Шмемане……………...131

Прот. Алексей Виноградов. Отец Александр Шмеман для нашего времени: Христос и кризис нашей эпохи.
(Пер. с англ)…………………………….141

Свящ. Владимир Лапшин.
Отец Александр Шмеман…………………...148
Радость общения………………………...152

Прот. Роберт и Сьюзен Арида. Вспоминая отца Александра.
(Пер. с англ)………………... 161

Йост ван Россум. Мой учитель отец Александр.
(Пер. с англ)…………………………….167

Прот. Александр Гарклавс. Встреча, изменившая жизнь Воспоминания об отце Александре Шмемане. (Пер. с англ)…………………………….178
Благословенная Суббота. (Пер. с англ)…….199

Лариса Волохонская-Певеар. Быть в его
присутствии……………………………. 201

Сергей Шмеман. Пророчество радости………….211

Лиля Туркина-Колосимо. Свидетель вечности……218

СЛОВО ПАСТЫРЯ

Архим. Виктор (Мамонтов). Проповеди…………225

К 5-ЛЕТИЮ СО ДНЯ КОНЧИНЫ АРХИМАНДРИТА ВИКТОРА (МАМОНТОВА)

Наталия Большакова-Минченко.
Таинство личной встречи…………………………...271

Дмитрий Коробкин. Тот, через кого струится свет.
Воспоминания об архим. Викторе (Мамонтове)…...305

Айвар Пецка. Неутомимость любви -
отец Виктор (Мамонтов)…………………. 313

К 60-ЛЕТИЮ КОНЧИНЫ СВЯЩЕННОИСПОВЕДНИКА ЛУКИ (ВОЙНО-ЯСЕНЕЦКОГО), АРХИЕПИСКОПА СИМФЕРОПОЛЬСКОГО И КРЫМСКОГО

Сергей Чеботарёв. Преемник апостолов…………...327
Прот. Павел Бочков. Сибирский святой — святитель Лука (Войно-Ясенецкий): к истории жизни, почитания и канонизации святого в Красноярской епархии……...395

IN MEMORIAM

Наталия Большакова-Минченко. «Но ведь мы же еще встретимся?..» Фрагменты переписки с В. Я. Курбатовым……413

Свящ. Владимир Зелинский. «Наша мимолетная встреча…»
Из переписки с В. Я. Курбатовым………….460

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Архимандрит Лев (Жилле) — «Безграничная любовь — Богословское наследие XX века»

Архимандрит Лев (Жилле) - «Безграничная любовь — Богословское наследие XX века»

Литературное наследие архимандрита поражает экспрессивным и поэтическим языком, жарким «пламенем веры», которое свидетельствует о личной Встрече с Богом. Несколько небольших текстов, вошедших в книгу «Безграничная любовь», посвящены радостному свидетельству о том, что все люди без исключения непрестанно любимы Богом, любимы безгранично и бесконечно.

«Я — Любовь, твой Господь. Хочешь ли ты войти в жизнь Любви? Речь тут не об атмосфере тепленькой нежности, нет. Речь о том, чтобы войти в раскаленный жар Любви. Это и будет подлинным обращением, обращением в пламенеющую Любовь. Хочешь ли ты стать не таким, каким был, не таким, какой ты сейчас? Хочешь стать тем, кто существует для других и, прежде всего, для Того Другого и с Тем Другим, Кому каждое существо обязано своим бытием? Хочешь стать всеобщим братом, братом всему миру? Выслушай всё, что Моя Любовь хочет тебе сказать».

Читать далее…

«Посмотри на Красоту Любви в пучке травы, в зеленом листе, в ветке. Пусть аромат или цвет станут приношением. Встрой свою жизнь в жизнь Вселенной, подчинив ее тому же самому Божественному замыслу. Подумай о горах и о море, о ветрах и о бурях, о диких хищниках и маленьких зверьках. Каждый из них занимает свое место в Моем Сердце. Дай им место в своей молитве. Пусть они направят ее к простору, более широкому, чем то благочестие, в котором нет места для Вселенной. Признай замысел Любви в каждом из творений. Я возлюбил каждую песчинку, каждое дерево, каждое животное. Каждое из них представляет собой восхождение и нисхождение. Объединись со всем этим. Воздай должное природе, не способной говорить. Пусть молитва, просторная, как мир, станет твоим ответом на безграничную Любовь».

«Божественную Любовь можно сравнить с окружающим нас атмосферным давлением, которое поддерживает каждого и в то же время оказывает на него давление со всех сторон. Любовь осаждает каждого и пытается найти в нем лазейку, тропку, ведущую к сердцу, через которое Любовь сможет проникнуть повсюду. Различие между грешником и святым состоит в том, что грешник закрывает свое сердце для Любви, тогда как святой открывается этой Любви навстречу. Любовь в обоих случаях одна и та же, и давление будет одним и тем же. Но один отвергает, а другой принимает. (Не бывает приятия без предварительного участия благодати, но ведь благодать была предложена и тому, кто ее отверг.) Различие — не со стороны Бога, а со стороны человека».

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Митрополит Антоний Сурожский — Об исповеди

Переиздание второй части книги Митрополита Антония «Пастырство» (Минск, 2005), посвященное исповеди. По слову Владыки Антония, «даже людям, которые родились и воспитывались в Церкви… приходится вновь и вновь задумываться: что представляет собой исповедь, для чего мы исповедуемся, к чему это нас обязывает, куда это может нас привести?»

Что значит каяться? Подходить к священнику со списком своих грехов? Кивать головой и повторять вместе с другими верующими «прости, Господи» во время общей исповеди? В этом ли суть таинства? На эти вопросы не раз отвечал выдающийся пастырь-проповедник ХХ века митрополит Антоний Сурожский. Несколько фрагментов из его бесед, которые напоминают, что исповедь — это не формальность и не повинность, а великий дар для христианина.

Отрывок из книги…

«Нередко меня спрашивают: как надо исповедоваться?.. И ответ на это самый прямой, самый решительный может быть таков: исповедуйся, словно это твой предсмертный час; исповедуйся, словно это последний раз, когда на земле ты сможешь принести покаяние во всей твоей жизни, прежде чем вступить в вечность и стать перед Божиим судом, словно это – последнее мгновение, когда ты можешь сбросить с плеч бремя долгой жизни неправды и греха, чтобы войти свободным в Царство Божие.»

«Во-первых, каждая исповедь должна быть предельно личной, «моей», не какой-то общей, а моей собственной, потому что решается ведь моя собственная судьба. И поэтому, как бы несовершенен ни был мой суд над самим собой, с него надо начать; надо начать, поставив себе вопрос: чего я стыжусь в своей жизни? Что я хочу укрыть от лица Божия и что я хочу укрыть от суда собственной совести, чего я боюсь?»

«И не вовлекайте других людей: вы пришли исповедовать свои грехи, а не чужие грехи. Обстоятельства греха имеют значение, только если они оттеняют ваш грех и вашу ответственность; а рассказ о том, что случилось, почему и как – к исповеди никакого отношения не имеет; это только ослабляет в вас сознание вины и дух покаяния…»

«Поставь себе вопрос: если моя жена, мои дети, мой самый близкий друг, мои сослуживцы знали бы обо мне то или другое, было бы мне стыдно или нет? Если стыдно — исповедуй. Если то или другое стыдно открыть Богу (Который и без того это знает, но от Которого я стараюсь это спрятать) или было бы страшно — открой это Богу. Потому что в момент, когда ты это откроешь, все то, что ставится в свет, делается светом. И тогда ты можешь исповедоваться и произносить свою исповедь, а не трафаретную, чужую, пустую, бессмысленную исповедь.»

«– …Если ты хочешь по-настоящему каяться, исповедоваться поистине и меняться, тебе не надо сосредотачиваться только на том, что в тебе плохо. Тебе нужно впустить в себя свет. А для этого нужно обратить внимание на то, что у тебя уже есть светлого. И во имя этого света бороться со всей тьмой, которая в тебе есть.
– Да, но как это сделать? Неужели я буду о себе думать, что вот я такой хороший в том или другом отношении?
– Нет. Читай Евангелие и отмечай в нем те места, которые ударяют тебя в душу, от которых трепетно делается сердце, от которых ум светлеет, которые подстегивают твою волю к желанию новой жизни. И знай, что в этом слове, в этом образе, в этой заповеди, в этом примере Христа ты нашел себе искорку Божественного света. И оскверненная, потемневшая икона, которой ты являешься, просветлела. Ты уже немного становишься похожим на Христа, в тебе понемногу начинает проявляться образ Божий. А если так, то запомни это. Если ты будешь грешить, то будешь осквернять святыню, которая в тебе уже есть, уже живет, уже действует, уже растет. Ты будешь тушить в себе образ Божий, тушить свет или окружать его тьмой. Этого ты не делай. Если ты будешь верен тем искрам света, которые в тебе уже есть, то постепенно тьма вокруг тебя будет рассеиваться.»

«Исповедь, конечно, содержит в себе покаяние, но чтобы понять, в чем суть покаяния, надо говорить о нем отдельно. <…> Покаяние не заключается в том, чтобы хладнокровно увидеть в себе грех и его принести Богу на исповеди; покаяние заключается в том, чтобы нас что-то так ударило в душу, что из наших глаз и из нашего сердца вырвались слезы.»

«Одну из пасхальных икон, которая по-русски называется «Сошествие во ад», по-английски мы называем «Попрание ада, победа над адом». На этой иконе мы видим находящихся глубоко под землей, вдали от близких, вне мира человеческой любви и общения, тех, которые умерли и стали пленниками отчуждения — взаимного отчуждения и отчуждения от Бога. Но посреди них мы видим и Самого Господа Иисуса Христа, за руку воздвигающего Адама и Еву — и в их лице все человечество, выводящего их из отчужденности, из одиночества, из мрака в свет, в Царство вечной любви, в Царство, которое Крестом завоевал для нас Христос.

В каком-то смысле это дивный и трагический образ того, что случается на исповеди: священник, предстоящий на исповеди по образу Самого Бога, призванный сходить вместе с кающимся в самые потаенные закоулки боли, мрака, греха, поистине сходит во ад, изображенный на иконе. И видит он там нечто дивное и чудесное: в эти потемки сходит не только луч света, не только искра надежды; в этот густой мрак сходит Сам Господь Иисус Христос, исцеляя, спасая, принося утешение, подавая новую силу, принося радость спасения… Какое это диво — стоять перед Живым Богом, и как те, которые, умерев, встретили Господа Иисуса Христа, стоять лицом к лицу с Ним и от смерти возвращаться к жизни. Какое диво, что нам это дано!»

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Борис Филипов — Свидетельница Воскресения. Тайны и разгадки Туринской Плащаницы

Эта книга посвящена истории Туринской Плащаницы. Поскольку автор — историк, то в первой ее части рассказывается в основном об историческом пути Плащаницы и связанных с ней исторических тайнах, разгадать которые уже сумели историки или о которых они только строят предположения.

Плащаница никогда не будет считаться подлинной, если у нее не будет полной и достоверной биографии. Вариант такой биографии представил почитателям Плащаницы в 1978 году английский историк и журналист Ян Вильсон. Но она сразу же вошла в противоречие с признанной церковным сообществом историей Нерукотворного Спаса из Эдессы, которого Вильсон отождествил с Плащаницей. В то же время версия Вильсона о тождественности двух реликвий подверглась серьезной критике со стороны академического сообщества. И тем не менее именно книга Вильсона является сегодня отправной точкой для всех, кто исследует историю Туринской Плащаницы или предлагает свою версию этой истории.

Содержание и отрывок из книги…

Содержание

От автора

ЧАСТЬ I. ВОССТАНАВЛИВАЯ ТАИНСТВЕННЫЕ МАРШРУТЫ
Глава 1. Загадка древнего полотна

Как выглядит Туринская Плащаница
Первое фото Плащаницы производит сенсацию
Ученые расходятся во мнениях
Гипотеза об авторстве Леонардо да Винчи
Папа Римский объявляет позицию Католической Церкви
Начало масштабного исследования Плащаницы

Глава 2. Иудея времен Иисуса Христа

Израиль под властью Рима
Фарисеи, саддукеи, ессеи и зелоты
Что мы знаем о Понтии Пилате и его окружении
Кризис в еврейском обществе
Иудейская Пасха
Иерусалим — город паломничества и центр благосостояния
Почему Иисуса осудили так быстро?

Глава 3.13-го числа месяца нисана 33 года

Пилат объявляет приговор
Путь на Голгофу
Нес ли Иисус Свой крест?
Кто такие «дочери иерусалимские»?
Иисус на Голгофе
Об ударе копьем
Свидетельство о смерти
Иосиф Аримафейский
Обряд погребения в Древней Иудее
Снятие с креста и погребение Иисуса
Доска из древнего Назарета

Глава 4. Древнейшие свидетельства о Плащанице

Свидетельства евангелистов
Древние исторические свидетельства
Память о Плащанице в богослужении

Глава 5. Судьба Плащаницы после Воскресения. Иерусалим — Антиохия — Эдесса

Антиохия
Появление Нерукотворного Образа
Когда появился в Эдессе Спас Нерукотворный?
Сирийская версия появления изображения Иисуса
Версия Яна Вильсона
Какая реликвия почиталась в Эдессе
Почитание, нестыковки и свидетельство придворного врача Смера
Полотно покидает Эдессу

Глава 6. Константинополь и тайны его святых реликвий

Прибытие в Константинополь
Императоры и святое изображение. Первое свидетельство о Плащанице
Реликвия в Святой Софии. Второе свидетельство о Плащанице
Что же перенесли из Эдессы?
Что хранилось в императорском реликварии?

Глава 7. Плащаница и крестоносцы

Захват Константинополя
Плащаница пропала
След святого полотна?

Глава 8. Исчезновение на 150 лет: версии и догадки

Франция?
Афинский след?

Глава 9. «Таинственная голова» тамплиеров

Секретные владельцы
Благородный орден
Зачем тамплиерам нужна была Плащаница?
Как Плащаница могла оказаться у ордена?
Гордость и предубеждение
Судебный процесс и уничтожение
Материалы допросов
Открытие Барбары Фрале
Необычная «дверца»
Плащаница и король Франции

Глава 10. Благородный рыцарь из Шампани

Charnay или Charny?
Самый достойный
Как возникла коллегиата в Лире
Явление Плащаницы
Послание усомнившегося епископа
Решительная графиня Маргарита

Глава 11. Савойский дом

Могущественная династия
Пожар в Шамбери и «переезд» в Турин

Глава 12. Плащаница и ее влияние на иконографию Распятия и погребения Иисуса Христа

Первоисточники священных изображений Христа
Распятие: Христос торжествующий и Христос страдающий

ЧАСТЬ II. СВИДЕТЕЛЬСТВО ПЛАЩАНИЦЫ
Глава 1. Подтвердить или опровергнуть. Хронология научных исследований

Энтузиазм и большая наука
Исследование команды STURP
Новые открытия

Глава 2. Медицинские и анатомические исследования

Анатомические исследования
Кровь
Раны на теле
Бичевание
Следы других травм
Смерть

Глава 3. Ткань

Полотно для богатых заказчиков
Как одежды первосвященника

Глава 4. Монеты на глазах

О пользе орфографии
Монеты в древних иудейских могилах

Глава 5. Пыльца на Плащанице

Растения как маркеры

Глава 6. Радиоуглеродное датирование Плащаницы

«Черный день для Плащаницы»
Факты и сомнения, или Как научно доказать подлинность чуда

Список использованных источников и литературы
Источники
Литература

Отрывок из книги.

Радиоуглеродный метод основан на использовании чувствительных счетчиков радиоактивного излучения, испускаемого изотопом углерода с массовым числом 14 (изотоп 14С). Период его полураспада равен 5568 годам. Примерное соотношение радиоактивного (14С) и нерадиоактивных (12С и 13С) изотопов на Земле известно, поэтому, определяя в старых материалах количество радиоактивного 14С и стабильных 12С и 13С изотопов, можно приблизительно подсчитать, как много атомов 14С успело распасться к настоящему времени. После этого можно получить примерную (!) дату появления данного образца на свет.

Этот метод был разработан группой американских ученых во главе с Уиллардом Либби. В 1960 году за свое открытие Либби получил Нобелевскую премию по химии. «Внедрение в практику археологии радиоуглеродного датирования, — писал известный британский археолог Колин Ренфрю, — произвело настоящую революцию в мышлении исследователей, которая продолжается до сих пор. Несомненным преимуществом радиоуглеродного метода является независимость физических измерений времени от любых экспертных исторических и археологических оценок».

Предложения подвергнуть Плащаницу радиоуглеродному датированию выдвигались практически с самого начала применения этого метода. Однако только разработка ускорительной масс-спектрометрии позволила реально рассмотреть возможность радиоуглеродного датирования Плащаницы, ограничив массу необходимых образцов до нескольких десятков миллиграммов.

В 1982 году американская группа STURP создает комиссию для изучения проблемы радиоуглеродного датирования. Она обращается к высококвалифицированным лабораториям с вопросом об их готовности участвовать в определении возраста ткани с использованием небольших образцов. Шесть лабораторий (в Брукхейвене, Харвелле, Рочестере, Туссоне, Оксфорде и Цюрихе) выражают согласие на проведение самостоятельных исследований определения возраста Плащаницы. В следующем году Британский музей проводит пробное исследование, передав лабораториям, не уточнив возраст, египетский лен 3000 года до н. э. и перуанский хлопок 1200 года н. э. Датировка лабораториями второго образца оказалась неточной, ошибка Цюриха составила 1000 лет.

В июне 1985 года в Тронхейме (Норвегия) проходит XII Международный конгресс по датированию с использованием радиоактивного углерода. Представители лабораторий выражают согласие на проведение самостоятельных исследований. Единственная задача, стоящая перед STURP как инициатором, — получить в Турине образцы.

Между тем Плащаница поменяла владельца — бывший король Италии Умберто II завещал Плащаницу папе Иоанну Павлу II, и после смерти короля Святой Престол принял этот дар. В результате Папская академия наук также выразила желание принять участие в исследовании.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протопресвитер Александр Шмеман — Основы русской культуры : Беседы на Радио Свобода. 1970-1971

Цикл радиобесед знаменитого богослова и проповедника о.Александра Шмемана посвящен осмыслению основных категорий русской культуры. Произнесенные в 1970—1971 гг. и вызванные размышлениями над новой намечающейся поляризацией русской культуры, эти беседы являют нам образец цельного глубокого продуманного, выверенного в оценках христианского взгляда на сущность и содержание русской культуры.

Протопресвитер Александр Шмеман широко известен как богослов, литургист, церковный деятель, многолетний ректор Св. -Владимирской семинарии в штате НьюЙорк, автор книг и статей по богословию. Отец Александр не замыкался в рамках религии (нелюбимое им слово и понятие), он видел и встречал Бога во всем творении и в первую очередь в культуре.
Культура для него в первую очередь выражалась в литературе. Беседы на Радио Свобода, он вел на протяжении тридцати лет — с 1953 года до своей кончины в конце 1983 года.

Содержание и предисловие…

Содержание
Ольга Седакова / Семидесятые. В поисках утраченной души
Елена Дорман / От составителя
Духовные судьбы России

ОСНОВЫ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

Беседа 2 / Спор о культуре в Советском Союзе
Беседа 3 / «Культура» в русском самосознании
Беседа 4 / Парадоксы русского культурного развития: максимализм
Беседа 5 / Парадоксы русского культурного развития: минимализм
Беседа 6 / Парадоксы русского культурного развития: утопизм
Беседа 7 / «Взрыв» русского культурного самосознания в XIX веке (1)
Беседа 8 / «Взрыв» русского культурного самосознания в XIX веке (2)
Беседа 9 / «Взрыв» русского культурного самосознания в XIX веке (3)
Беседа 10 / Отрицание культуры во имя прагматизма
Беседа 11 / Отрицание культуры во имя религии
Беседа 12 / Отрицание культуры во имя социальной утопии
Беседа 13 / Толстой и культура
Беседа 14 / Достоевский и русская культура
Беседа 15 / Культурное самосознание «Начала века» (1)
Беседа 16 / Культурное самосознание «Начала века» (2)
Беседа 17 / Уход от нравственных основ культуры
Беседа 18 / Первая реакция на революцию
Беседа 19 / Порабощение культуры
Беседа 20 / Творческое сопротивление (1)
Беседа 21 / Творческое сопротивление (2)
Беседа 22 / Творческое сопротивление (3)
Беседа 23 / Прошлое и традиции
Беседа 24 / Запад
Беседа 25 / Технология и наука
Беседа 26 / Социальные темы
Беседа 27 / Религиозные темы
Беседа 28 / На распутье
Беседа 29 / На пути к синтезу (1)
Беседа зо / На пути к синтезу (2)
Беседа 31 / Заключение

ПРИЛОЖЕНИЯ

Религиозное вдохновение русской литературы
Единая интуиция
Заря русской поэзии
Тайна Пушкина
Тютчев: любовь, побеждающая бездну
Странная жажда
Великий христианский писатель (А. Солженицын)
Образ вечности
Отнесенность к главному
Молитва— опыт победы
Христианский трагизм
Русское духовенство у Чехова

От составителя

Культура для него в первую очередь выражалась в литературе. Литература была, по словам критика Елены Невзглядовой, «драгоценной заботой его ума и души». В русской литературе искал и находил отец Александр образ русской культуры вообще, в ней отображалось самосознание русского народа на разных этапах его существования и развития. Особым видом пастырского и проповеднического служения отца Александра были его беседы на Радио Свобода, которые он вел практически на протяжении тридцати лет — с 1953 года до своей кончины в конце 1983 года. К этим порой изнурительным трудам — новая беседа каждую неделю на протяжении всех тридцати лет! — отец Александр относился трепетно и ответственно. Нередко именно в этих «скриптах», как он называл эти тексты, он нащупывал и подтверждал главные интуиции своих будущих лекций и книг.

В 1970—1971 годах отец Александр Шмеман прочитал по радио цикл бесед «Основы русской культуры». Об основах русской культуры Шмеман решил говорить не просто так. Он заметил, что в СССР начались серьезные споры о русской культуре, об ее истоках, прошлом и настоящем. После той культурной катастрофы, к которой привели революция и годы советской власти, начались поиски единого мировоззрения, единого культурного пространства, единых культурных ценностей, попытки восстановления культурных связей с прошлым страны и, следовательно, появилась надежда на будущее русской культуры. В этой атмосфере снова с особой остротой встал вопрос о смысле и содержании культуры, о ее миссии в человеческом обществе. В то же время именно тогда в советской культуре актуализировался вечный для русской мысли спор «западников» и «славянофилов», именно к началу 1970-х годов стала намечаться поляризация взглядов, разводившая деятелей культуры уже не на почве идеологии, а на основе понимания идентичности русской культурной традиции. Отец Александр почувствовал эти тектонические сдвиги и живо на них откликнулся — своим замечательным, глубоко продуманным и выверенным в оценках циклом бесед.

Однако тексты этих передач не сохранились в архивах ни автора, ни Радио Свобода и, как итог, не вошли ни в один сборник радиобесед отца Александра, даже в солидный двухтомник, изданный в 2009 году издательством ПСТГУ. В 2011 году Татьяна Георгиевна Варшавская — вдова замечательного писателя-эмигранта Владимира Варшавского, друга отца Александра Шмемана — передала в архивное хранение Дома русского зарубежья имени Александра Солженицына семейный архив. Среди полученных бумаг ученый секретарь ДРЗ Мария Анатольевна Васильева нашла тексты девяти бесед (с 3-й по 12-ю) из цикла «Основы русской культуры». Мария Анатольевна Васильева и я, будучи сотрудником ДРЗ, подготовили их к печати и опубликовали в «Ежегоднике ДРЗ» за 2012 год. Надежды на то, что остальные беседы найдутся, было мало. Мы не единожды пытались найти их следы и в Европе, и в США, но безрезультатно.

Но чудеса случаются. В 2016 году в Мюнхене Андрей Андреевич Никитин-Перенский, создатель электронной библиотеки lmwerden.de и архива русской эмигрантской литературы «Вторая литература», обнаружил при разборе библиотеки умершей за год до того поэтессы Нины Бодровой папку с текстами всего цикла «Основ русской культуры» (к сожалению, кроме самой первой беседы). Оказалось, что цикл состоит из тридцати одной беседы. Я решила не ждать, пока случится еще одно чудо и найдется первая беседа, и готовить цикл к публикации. Основную работу по подготовке к публикации бесед 3-12 проделала ученый секретарь Дома русского зарубежья Мария Анатольевна Васильева, в частности Мария Анатольевна снабдила текст ссылками. Остальные беседы отредактированы и подготовлены мною. Все сноски в тексте принадлежат редакторам. В квадратных скобках восстановлены фрагменты, вычеркнутые автором в машинописи.

В книгу кроме цикла бесед «Основы русской культуры» вошли еще несколько радиобесед отца Александра из других циклов и лекция о Чехове, которую отец Александр часто читал в разных аудиториях. Открывается сборник докладом «Духовные судьбы России», прочитанным на русском симпозиуме в церкви Казанской Божьей Матери в городе Си-Клифф, штат Нью-Йорк, в апреле 1977 года. Мы посчитали, что он как нельзя лучше представляет интуиции отца Александра о русской культуре, подробно разворачивающиеся в самих беседах.

Огромная благодарность Марии Анатольевне Васильевой и Андрею Андреевичу Никитину Перенскому, благодаря которым мы смогли прочитать эти беседы и познакомить с ними широкого читателя.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протоиерей Владимир Хулап — Евангельские притчи вчера и сегодня

Протоиерей Владимир Хулап, историк и библеист, рассматривает притчи в историческом контексте эпохи. Рассказывая о жизненном устройстве древнего общества, книга проясняет смысл примеров и образов, которые использовал Иисус в своей проповеди. Авторский рассказ сопровождают слова святых отцов и богословов.

Евангельские притчи — важная составляющая учения Христа, они давно стали неотъемлемой частью мировой культуры. На протяжении двух тысяч лет люди черпают в них ответы на главные вопросы человеческой жизни.

В основе повествования девять притч: о блудном сыне, о мытаре и фарисее, о неверном управителе, о милосердном самарянине, о талантах, о немилосердном должнике, о безумном богаче, о брачном пире и о сеятеле.

Живой опыт их веры открывает читателю новые глубины духовного богатства евангельских текстов. Яркие и образные истории, увиденные через призму проблем современного общества, становятся жизненно важными для каждого и помогают расслышать обращенный к нам голос Христа.

Спрашивайте книги в лавке храма.

Митрополит Тверской и Кашинский Амвросий: Вглядываясь в Лик Христа. Евангелие как приглашение к радости

«Если мы с большим вниманием отнесемся к евангельскому тексту, почувствуем себя участниками тех самых событий, максимально пристально вслушаемся в те вопросы, которые задают люди Богу, попытаемся вникнуть в содержание Его ответов им, то много лишнего уйдет из нашей жизни.».

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протоиерей Алексей Уминский — Книга о молитве. Тяжесть правила или разговор с Отцом?

Книга о молитве. Тяжесть правила или разговор с Отцом?

Молитва — то, с чего начинается и чем заканчивается день христианина. Но как сделать так, чтобы утреннее и вечернее правила стали настоящим разговором с Небесным Отцом, а не механическим вычитыванием древних текстов? Новая книга отца Алексея Уминского — актуальный разговор о молитве современных христиан.

Отрывок из книги.

Молитва: мой личный выбор

Для современных православных личный опыт молитвы — это проблема, так как в традиции (может быть, не абсолютной, но достаточно долгой) нашей Церкви молитва христианина является не его собственным обращением к Богу, а следованием образцам, выбранным для нас великими духовными авторитетами прошлого. В православной традиции существует так называемое молитвенное правило, состоящее из большого количества утренних и вечерних молитв. Есть еще правило ко Святому Причащению — это три канона, к которым многие прибавляют акафисты, плюс само последование ко Святому Причащению. Есть и другие образцы молитвы: например, многие любят молиться по Псалтири. Это тоже высокий образчик, более того, Псалтирь является текстовой основой богослужения, и те, кто любит Псалтирь, читает, молится псалмами, включены и в богослужебную молитву Церкви.

Тем не менее все эти молитвы имеют одну особенность: к каждому отдельному человеку лично они пока не имеют никакого отношения. И получается, что, начиная молиться по предложенному образцу, по некоему лекалу, очень возвышенному и выверенному, мы попадаем в пространство, изначально ограниченное определенной формой, количеством и наполнением — смыслом молитв.

Читать далее…

Когда-то человечество, и Церковь в частности, жило в условиях традиционного бытового христианства, сословного общества, сохранявшего старинный племенной архетип отношений: община, сословие и государство хранились устоявшимися общественными отношениями, которые распространялись на все сферы жизни. И как это ни парадоксально звучит, Церковь, которую Бог сотворил надмирной и неотмирной, в конечном итоге естественным образом вошла в этот комплекс отношений. Церковь очень социализировалась, за века стала традиционно-бытовой, в таком сохранном обществе это неизбежно. И для многих поколений вопрос выбора личной молитвы, вопрос «как я молюсь, почему молюсь так, а не иначе?» не стоял. Как не стоял и такой, например, вопрос — «как я создаю семью?». Или «почему я исповедую православие?». Большинство вопросов решались не личным выбором: за ребенка, юношу выбор делали родители, либо он был предопределен самим фактом рождения в данной стране. Человек не выбирал, к какой Церкви принадлежать, какой профессией заняться, в общем, ничего не выбирал.

Можно сказать, христианство, бывшее в тот период очень сильным, стабильным, опиравшимся на колоссальный пласт христианской культуры, — ведь и наука, и государственность были созданы христианской цивилизацией,— отодвигало личную ответственность за семью, за воспитание детей, за Церковь, за веру, и за молитву в том числе, на второй план, так как эти вопросы были уже решены, апробированы опытом и не было никакого смысла изобретать и придумывать что-то новое. И вдруг этот удобный отлаженный механизм сломался. К XIX веку, а в Западной Европе чуть пораньше, в эпоху Просвещения, он стал давать сбои. И на первый план в ХХ и ХXI веках вышел личностный выбор. Устойчивые парадигмы, гарантирующие стабильность брака, веры, Церкви, государства, перестали работать. ХХ век все взорвал, все разломал своими революциями, войнами, геноцидами, холокостами, газовыми камерами, ГУЛАГами… Единственное, где в советский период еще сохранялась социальная парадигма, — это в коллективизме. Коллективизм хранил семью, хранил морально-нравственный облик советского человека. Но недолго — все это тоже рухнуло.

Нынешний мир крайне индивидуализирован, сверхэкзистенциален. Каждый отвечает только за себя и за свой выбор. Именно поэтому мир сейчас настолько непонятен, настолько ужасающ — ведь личный выбор предполагает колоссальное количество ошибок. И все возможные ошибки, которые мог сотворить человек, сделаны и еще умножены на сто.

У западных стран больший опыт личного выбора, и мы с ужасом смотрим на них, думая, какая западная цивилизация прогнившая и отвратительная, а вот мы-то не такие… Подождите еще лет пять. Они просто столкнулись с этим гораздо раньше нас и раньше стали делать ошибки и отвечать за них — или не отвечать, потому что отвечать за ошибки никто не хочет. Но и мы сейчас в том же самом положении, идем по тому же пути. Не по пути западных ценностей, западной цивилизации — процесс, о котором я говорю, не имеет отношения ни к либеральной идеологии, ни к консервативной, ни к какой, а только к изменившемуся миру, к тому, что всякий человек теперь личностно отвечает за каждый свой шаг. Поэтому, кстати, так тяжело создать православную семью. Православную семью теперь создают не родители, а православные, как им кажется, молодые люди, которые не знают, как это делается. И никто не может им помочь. Семьи рушатся — везде, одинаковым образом, не потому, что какими-то темными силами ведется целенаправленная война против семьи, а потому что царствует личный выбор.

Люди теряют веру, которую, как они думали, обрели в начале своей романтической обращенности ко Христу. Оказалось, что дальше надо идти самому. А если ты пытаешься опираться на конкретные старинные социальные опоры, о которых написано в книгах XIX века, или в церковных канонах, или в истории Церкви, или в житиях святых, или даже в прекрасном романе Ивана Шмелева «Лето Господне», — то они не работают, и ты вдруг оказываешься непонятно где. Кто я? Что со мной происходит? Я не знаю. Личностный выбор очень сложен, ответственен и жесток. Люди теряют веру, уходят из Церкви, едва в нее вступив, разводятся, едва создав брак…

И я уже не удивляюсь, что второй брак у многих гораздо более удачный, и даже не гораздо более, а просто настоящий, хороший, сложившийся, счастливый брак. Потому что люди чему-то научились. И понятно, почему молодые люди не торопятся заводить семью, а используют пробные отношения… И почему подростки уходят из Церкви… Все это лежит в плоскости ответа на вопрос «кто мы и в каком мире мы живем?». И в этом же плане мы сегодня просто обязаны задуматься о нашем личностном отношении к молитве — как мы молимся, какими словами мы молимся… Почему мы молимся именно так? Почему молитва занимает у нас столько-то времени и сколько должна занимать? Как научиться молитве? Что для меня молитва? Каким образом я говорю через нее с Богом? Каким образом получаю ответ? Как Бог слышит меня? Как я слышу Его? Что меняет молитва в моей жизни? И должна ли она что-то менять?

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Ветхий Завет в Новом Завете. Образы, цитаты, аллюзии

Серию книг по библеистике, выпускаемых Институтом перевода Библии (ИПБ), пополнила новая публикация, изданная совместно с издательством «ГРАНАТ». Эта книга представляет собой сборник статей, охватывающих проблематику, связанную с понятием интертекстуальности в Библии.

Основная идея интертекстуальности заключается в том, что текст не существует сам по себе, он существует в окружении множества текстов, написанных до него, и с разной степенью очевидности несет их отголоски и традиции. Это свойство текстов относится и к Библии, которая по своей природе не единая книга, а собрание книг, написанных разными людьми в разных странах, в разное время и на разных языках. Она полна внутренних цитат (как правило, неточных) и более или менее явных ссылок и аллюзий. Евангелисты, авторы посланий и других новозаветных текстов постоянно приводят цитаты из Ветхого Завета, но при этом, как правило, вкладывают в них несколько иной смысл, чем в оригинале, а зачастую и пересказывают их в достаточно вольной форме.

Читать далее…

Первая часть сборника содержит статьи теоретические, которые включают в себя темы интертекстуальности и интерпретации ветхозаветных цитат и аллюзий в Новом Завете. Во вторую вошли исследования, посвященные интерпретации конкретной библейской цитаты или аллюзии, а в третью включены статьи, в которых обсуждаются вопросы, связанные с практическими задачами перевода библейских цитат и аллюзий в новых контекстах. В русскоязычной библеистике тема интертекстуальности в Библии затрагивается нечасто, поэтому составители сборника решили включить в него в том числе перевод статей ведущих зарубежных специалистов по данной тематике.

Идея книги родилась после научно-практического семинара «Ветхий Завет в Новом Завете», который Институт перевода Библии проводил в 2014 г. совместно с партнерскими организациями Объединенные библейские общества (UBS) и SIL International. Задача семинара состояла в том, чтобы помочь переводчикам Библии лучше понять, как те или иные ветхозаветные фрагменты используются в новозаветных контекстах на уровне цитат, аллюзий и образов. Поскольку в русскоязычной библеистике эта тема затрагивается нечасто, она оказалась настолько востребованной, что составители сборника решили дополнить его теоретическими статьями ведущих зарубежных специалистов по данной тематике.

Авторы и составители сборника надеются, что он окажется полезным как для переводчиков Библии, так и для исследователей древних текстов (не только библейских), а также и для тех, кто стремится больше узнать об этом интереснейшем направлении библеистики и о работе, связанной с переводом Св. Писания.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протоиерей Вячеслав Рубский — Православная духовность: перезагрузка. Наброски внутренней реформы

«Православная духовность: перезагрузка» — книга священника, богослова и философа Вячеслава Рубского, в которой автор предлагает читателям провести ревизию своей духовной жизни, взглянув на знакомые вещи под совершенно неожиданным углом.

По мнению Вячеслава Рубского, повторение старинных формул и практик все дальше отходит от насущной реальности, устаревают и мехи, в которых когда-то было влито молодое вино христианства. Любой, кто хочет расти и развиваться, не должен бояться перемен и неудобных вопросов. Размышления автора разрывают шаблоны, помогая нам выбраться из привычных схем «духовности», чтобы найти свой истинный путь к Богу.

Цитаты из книги…


"Христианство может быть принято как добрая сказка и местами похоже на нее. В таком приятии всячески избегают скептицизма, иначе сказке конец. Есть много умных людей, не допускающих в область веры критическое мышление, несовместимое для них с религией. Но взрослое христианство, не боящееся увидеть абсурд и бессмысленность как повседневности, так и всех идеологий, — по ту сторону скептицизма.
"
«Наполнение проповедей цитатами святых отцов и Писания есть, по сути, боязливое прятанье своего «я», которое единственно и могло бы о чем-то свидетельствовать. Отсюда и невовлеченность прихожан в учение Церкви: пастыри убедили их, что православие не может исходить от стоящего рядом. Православие подается как нечто, исходящее от святых отцов и Вселенских соборов, словно бы не было свободы в творчестве отцов или в восприятии Соборов. Таким образом, живая правда Бога подается как музейный артефакт, так как является перед слушателем неподвижной, мертвой, как идол, законченной, отыгравшей песней. Если правда не требует домысливания, допевания, некоего гадательного постижения ее глубины, то ее исчерпанность есть мертвость. Истина есть Жизнь, истинная догма, принимаемая как обязанность, есть ложь.»

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протоиерей Сергий Булгаков — Чаша Грааля

В настоящем сборнике представлены работы, написанные о. Сергием Булгаковым в последние годы его жизни: «Святой Грааль», «Софиология смерти», «Христос в мире», «Размышления о войне», «Беседы о Божественной литургии» и фрагменты дневниковых записей.

Спрашивайте книги в лавке храма.

Андрей Десницкий — Послания апостолов. Библейские переводы А. Десницкого

Это издание продолжает серию «Библейские переводы Андрея Десницкого», в которой уже вышли в свет книги «Вожди и цари Израиля» и «Пророки Израиля» с избранными книгами Ветхого Завета. В новой книге автор ставит себе цель сделать такой перевод, который был бы понятен современному читателю, не имеющему специального образования, и позволил бы обойтись без лишних упрощений, анахронизмов и вульгарности.

Описание книги и содержание…

Послания апостолов составляют 21 из 27 книг Нового Завета. Евангелия рассказывают об основах христианской веры, Деяния — о возникновении церкви, Откровение таинственно повествует о будущем, но, по сути, только Послания описывают нам подробно и на конкретных примерах, что такое раннехристианская церковь и как она жила. Потому, видимо, они и занимают такое значительное место в Новом Завете.

При этом в общем и целом Послания в России до сих пор не прочитаны, в том числе и искренне верующими. О чем думали и как жили самые первые христиане, какой они видели церковь? Какие перед ними вставали проблемы и как они их решали? Зачем вообще нужна им была церковь? Об этом нам рассказывают послания апостолов, вошедшие в Новый Завет. Но при буквальном переводе слишком многое остается в них невнятным и неясным…

Послания апостолов — Перевод и комментарий Андрея Десницкого
Послания апостолов — Содержание
Предисловие
Сокращенные обозначения библейских книг
Римлянам: Праведность по вере
Первое Коринфянам: Любовь никогда не иссякнет
Второе Коринфянам: Если я вас огорчу, кто же обрадует меня?
Галатам: Кто вас околдовал?
Эфесянам: Дом, где обитает Бог
Филиппийцам: Всегда радуйтесь!
Колоссянам: Образ незримого Бога
Первое Фессалоникийцам: Духа не угашайте
Второе Фессалоникийцам: Кто не хочет трудиться, пусть не ест
Первое Тимофею: Достоверна эта весть
Второе Тимофею: Поддерживай этот огонь
Титу: Пресвитер должен быть безупречен
Филимону: Прошу тебя за сына
Евреям: Есть у нас великий Первосвященник
От Иакова: Покажу тебе свою веру своими делами
Первое Петра: Христос пострадал за вас и дал пример
Второе Петра: Он не желает ничьей гибели
Первое Иоанна: Мы возвещаем вам вечную Жизнь
Второе Иоанна: Старейшина — избранной Госпоже
Третье Иоанна: Кто творит добро, тот от Бога
Послание Иуды: Они служат вам соблазном
Приложение: Словарь ключевых терминов

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Энцо Бьянки — Вера и доверие. Дар и прощение

Энцо Бьянки (р. 1943) — итальянский христианский богослов, основатель монашеской общины в Бозе, известный проповедник, церковный деятель, писатель и публицист. Вошедшие в книгу работы «Вера и доверие» (2013) и «Дар и прощение» (2014) призваны поставить перед христианином фундаментальные вопросы о месте веры в современном мире и о том, что является ее ключевым и универсальным содержанием. Эти книги — исключительно яркий пример подлинного, открытого и честного диалога, который способно вести христианство с современной философией и культурой.

Предисловие к книге и оглавление.


ЭНЦО БЬЯНКИ: ХРИСТИАНСКАЯ ШКОЛА ДОВЕРИЯ
«Что вам надобно?» Этими словами Иисус обращается к идущим за ним ученикам Иоанна Крестителя. Так Он начинает, вступая в общение с каждым из нас, начинает с очень личного вопроса о нашей нужде, нашем глубочайшем желании. «Чего я хочу'?» Этим вопросом начинается путь всякого человеческого сердца к своему' призванию, до всяких вопросов об идентичности, культурной, национальной или религиозной, до ответов и ответственности. Иоанн и Андрей отвечают Ему' поразительно: «Учитель, где живешь?» И Иисус приглашает их в гости. Мы никогда не узнаем тех вопросов и ответов, которым они посвятили день в Его доме, но с тех пор вся христианская культура освящена порождающим светом той Встречи. Богословие культуры происходит из того дня, когда Бог и человек встретились во внимании к желаниям и нуждам всякого сердца, и это внимание привело человека в Дом Божий. Митрополит Антоний Сурожский считал, что в самом разделенном обществе есть лишь один вопрос, способный собрать вместе и верующих, и атеистов, а именно вопрос о человеческом достоинстве и человечности: «Первое, чему нас учит Христос, когда мы делаемся его учениками, это — верить в человека, надеяться на все от него и любить его, даже ценой собственной жизни»1. Во времена предельной неопределенности, после века обезвоживания и расчеловечивания, Господь начинает вновь и встречает нас вопросом о наших желаниях и нуждах: «Что вам надобно?»
Энцо Бьянки, книгой которого открывается серия «Богословие культуры», в отличие от богословов, отвечающих на незаданные вопросы, размышляет о тех вопросах, которыми приводится в движение человеческое сердце, но ответить на них может не мыслитель, поскольку он человек, а только сам Бог. На страницах его книги мы открываем современное богословие, прислушивающееся к человеческой нужде и распахивающее ум и сердце к встрече с отвечающим Богом. Говоря о вере, он не исходит из вероучительных формул, но начинает с внимания к истокам того доверия, без которого невозможны общение, любовь, верность, а поэтому и само общество. «Разговор о вере касается не только христиан и так называемых „верующих* — мы настолько стали заложниками манихейского представления, разделяющего людей на верующих и неверующих, что уже не способны выделить животрепещущие темы, актуальные для всех людей и отношений между ними. И тем не менее в течение всей жизни каждый из нас задает себе вопрос: имеет ли жизнь какой-либо смысл, можно ли довериться слову, поверить Кому-то?». В поисках истоков доверия и общения Бьянки следует за Христом как за педагогом, воспитывающим в вере, а свидетельство о таком Христе-педагоге он находит в неразделенной Церкви первого тысячелетия. Всякая человеческая общность, любовь и дружба, город и государство питается простым и уязвимым актом доверия конкретного человека и рождающимися из него дарами, бескорыстием, прощением и состраданием. Их кризис, их нехватка делают всякое общество невыносимым. Бьянки переоткрывает нужду в этих простейших и ценнейших вещах в разговоре с величайшими мыслителями современности, прислушиваясь ко всем голосам, а сама эта небольшая книга является опытом того доверия, нехватку которого он обнаруживает в сердце современника.
Но наиболее поразительным является то, что из опыта возрождения наичеловечнейших доверия и верности, любви и дружбы, щедрости и изобилия, прощения и сострадания рождаются не только книги автора, но, прежде всего, свидетельство межконфессиональной монашеской общины Бозе, основателем которой является Энцо Бьянки. Эта община десятилетиями принимает богословов православного мира, раскрывая христианские сокровища Запада и Востока перед нуждой всякого современного человека, ищущего Того, кто спросит: «Чего тебе надобно?» Раз оказавшись гостем этой общины среди виноградников Пьемонта, я был поражен тем, как глубочайшие голоса православной традиции, будучи дружелюбно принятыми и услышанными братьями и сестрами общины Бозе, вторят этому глубочайшему желанию человеческого сердца быть встреченным Тем, кто приглашает домой и спасает саму человечность.

Александр Филоненко, доктор философских наук, профессор Харьковского национального университета им. В. Н. Каразина

Содержание
Энцо Бьянки: христианская школа доверия
Александр Филоненко

ВЕРА И ДОВЕРИЕ
Введение

  1. Что такое вера?
  2. Верить/ не верить
  3. Послушание христианской вере
  4. Христианин и вера
  5. Во что верит христианин?
    Верить в Бога
    Верить в Иисуса Христа
    Верить в общение Святого Духа
  6. Иисус — наставник в вере
    Иисус — Человек веры, внушающий веру и доверие
    Иисус — Человек, который «обнажил Себя», чтобы
    вступить в диалог
    Иисус — Человек, способный принять и встретить всех
    Иисус — Человек, старающийся пробудить веру в другом
    Иисус — Человек, возвещающий Царствие и ставящий в центр не Себя, а Бога
  7. Вера и страх смерти
  8. Почему я верю в Бога?
    Заключение

ДАР И ПРОЩЕНИЕ
На пути к этике сострадания
Дар
Введение

  1. Искусство дарения — дарить и получать
  2. Дар и близость
  3. Дар и безвозмездность
  4. Дар и справедливость
    Заключение
    Прощение
    Введение
  5. Прощение и зло
  6. Тяжелый путь прощения
  7. Как проживать прощение по-христиански
  8. Прощение и справедливость
    Заключение
    Сострадание
    Введение
  9. Сострадание Бога в Ветхом Завете
  10. Сострадание Бога, явленное через Иисуса
    Христа и свойственное христианам
  11. Сострадание как форма встречи с другим,
    как человечный ответ на зло
    Заключение
    Об авторе

    Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Иеромонах Иоанн (Гуайта). Монах в карантине

Отец Иоанн (Джованни Гуайта) родился в 1962 году на итальянском острове Сардиния. Мама – математик, отец был врачом, а некоторое время — политиком и даже министром. А Джованни с детства мечтал стать священником.
Сейчас — клирик храма Космы и Дамиана в Шубине в Москве, иеромонах Русской Православной Церкви, служащий в многолюдном приходе в самом центре Москвы, по рождению итальянец и по светскому образованию — литературовед и историк…

О авторе и книге.

Это дневник человека, болеющего коро-навирусной инфекцией и вынужденного долго сидеть на карантине. Долгая самоизоляция стала для него поводом для размышлений и переосмысления собственной жизни и служения. Автор вспоминает детство, задает себе серьезные вопросы о вере, страдании и смысле бытия, размышляет о положении Православия в мире и Церкви в постсоветской России, о коллизиях России и Запада. Одновременно он много говорит об итальянской и русской литературе, искусстве, мировой истории и культуре. Разнообразные содержательные нити вплетаются в единое, весьма оригинальное повествование.

"Я болел коронавирусной инфекцией ровно 40 дней, от Пасхи до Вознесения. Почувствовал крайнее недомогание и усталость именно в день Пасхи, после ночной службы. С того дня для меня началось длинное паломничество по стране инфекции — оно стало, несомненно, одним из важнейших путешествий моей жизни.
"Иеромонах Иоанн (Гуайта)

"Редкое дарование — полюбить чужое, как свое, соединить воедино, сблизить и показать миру, что любовью и служением разрешаются многие сложные вопросы, а порой они просто перестают существовать. Это сделал своей жизнью и своей книгой иеромонах Иоанн (Джованни Гуайта). Перед нами разворачивается жизнь очень одаренного итальянского мальчика, ставшего филологом, увлеченного русской литературой, принявшего православие и сан.
"Людмила Улицкая

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

О. А. Седакова.Словарь трудных слов из богослужения

Книга филолога, поэта и переводчика Ольги Александровны Седаковой «Словарь трудных слов из богослужения» выдержала уже несколько переизданий. Такой словарь незаменим для понимания смысла богослужения и литургической поэзии, поскольку объясняет значение самых сложных компонентов церковнославянского языка, а именно паронимов — слов, звучащих одинаково или почти одинаково со словами современного русского языка, но имеющими другое значение

О книге...

Каждая словарная статья снабжена примерами из текстов богослужения и Священного Писания, переведенными на русский язык часто впервые.
Книга будет интересна как церковной, так и светской аудитории — филологам, переводчикам, преподавателям церковнославянского языка, катехизаторам и всем, желающим лучше понять православное богослужение.
3-е издание, исправленное и дополненное.

Материал словаря.

Словарь составлен по текстам богослужебного круга Русской Православной Церкви, преимущественно в позднейших изданиях. Более ранние варианты даются со знаком *. Пользуясь изданиями, набранными гражданским шрифтом, мы восстанавливали их церковнославянскую графику (эти случаи отмечены в Библиографии).
Сплошь просмотрены Октоих, Канонник, Триодь цветная (Пентекостарий) и Триодь постная, Требник, Служебник, Часослов и Молитвослов – а также Новый Завет и Псалтырь. Другие книги Ветхого Завета и служебные Минеи взяты пока весьма выборочно, в основном ради недостающих примеров. Церковнославянский язык Ветхого Завета заметно отличается (и особенно в области словаря) от языка богослужебных текстов, и работа с ним должна дать чрезвычайно интересные результаты, на что мы надеемся в дальнейшем.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Протопресвитер Михаил Помазанский. Догматическое богословие

Книга «Православное Догматическое богословие» представляет собой учебное пособие для изучения православной догматики. В ней простым и доступным языком изложены основы догматического учения Православной Церкви. Книга представляет интерес как для читателей, глубоко и основательно изучающих догматическое наследие Православия, так и для тех, кто делает на этом поприще первые шаги.

О авторе и книге. Отрывок из книги.

Протопресвитер Михаил Помазанский (1888—1988) уникален среди современных православных богословов. Еще в возрасте 90 лет он писал богословские сочинения, но что еще важнее — он получил свое богословское формирование не в нынешних богословских школах, которые в какой-то мере отражают богословские сомнения и разделения современного православия, но в до-революционной русской духовной академии, в то время, когда православие было едино в духе, когда оно было укоренено в столетних традициях и не страдало, как часто бывает с православной богословской литературой наших дней, «кризисом идентичности».Иеромонах СЕРАФИМ (Роуз)

«Догматическая работа Церкви всегда была направлена на утверждение в сознании верующих истин веры, от начала исповедуемых Церковью. Она заключается в указании того, какой путь мысли есть следование вселенскому Преданию. Вероучительный труд Церкви состоял в том, чтобы в борьбе против ересей найти точную форму для выражения переданных от древности истин веры, подтвердить правильность церковного учения, обосновав его на Свв. Писании и Предании. Вероучительная мысль святых апостолов была и остается образцом полноты и целости христианского мировоззрения: христианин 20 века не может более совершенно развить или углубить истины веры по сравнению с апостолами. Поэтому совершенно неуместны попытки, если они появляются, как со стороны отдельных лиц, так и от имени самой науки догматического богословия, открытия новых христианских истин, или открытия сторон в данных нам догматах, или нового их понимания. Задача науки Догматического Богословия – изложить обоснованно, доказательно преданное православное христианское учение.

Некоторые полные труды по догматическому богословию излагают мысли отцов Церкви в исторической последовательности. Так построен, напр., упомянутый «Опыт Прав. Догм. Богословия» епископа Сильвестра. Надо знать, что такой способ изложения в православной догматической Науке не имеет задачей исследовать постепенное развитие догматов. Его цель иная: исторически последовательное и полное изложение мыслей св. отцов Церкви по каждому предмету веры наглядно подтверждает, что они во все века мыслили единодушно об истинах веры; но т. к. одни из них рассматривали предмет с одной стороны, а другие с другой, одни приводили аргументы одного рода, а другие – другого, – то историческое исследование учения отцов Церкви дает полноту рассмотрения догматов веры и полноту доказательств их истинности.

Это не значит, что научно-богословское изложение догматов должно принять нерушимую форму. Каждая эпоха выдвигает свои собственные взгляды, понятия, вопросы, ереси и возражения против христианской истины или повторяет забытые старые. Богословию естественно принимать во внимание эти запросы времени, отвечать на них и соответственно им излагать догматические истины. В этом смысле можно говорить о развитии догматического богословия, как науки. Но нет достаточного основания говорить о развитии догматов Церкви.»

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Сергей Бычков. Преодоление удушья

В эту книгу вошли как ранее публиковавшиеся, так и не публиковавшиеся статьи историка Русской Церкви С. С. Бычкова. Многие из них, увидевшие свет в различных, сейчас уже труднодоступных изданиях, не утратили своей актуальности и сегодня.Книга состоит из четырех разделов: «Статьи», «Беседы», «Воспоминания» и «Рецензии».

О авторе и книге. Отрывок из книги.


Часть книги из раздела «Воспоминания».
Преодоление удушья. Воспоминания о Наталье Трауберг

Бычков Сергей Сергеевич – историк, переводчик, издатель. Родился в 1946 году. Окончил филологический факультет МГУ им. М. В. Ломоносова. Доктор исторических наук, историк русской церкви. С 1978 года нелегально публиковался в зарубьежных изданиях: «Вестник Российского студенческого христианского движения», «Континент» и других. Автор книг очерков по истории Русской Церкви: «Русская Церковь и императорская власть (1900 – 1917 гг.)» (М., 1998); «Большевики против Русской Церкви (1917 – 1941 гг.)» (М., 2006). В «Новом мире» публикуется впервые. Живет в пос. Ашукино Московской обл.

Статьи, беседы, воспоминания в книге историка Русской Церкви Сергея Бычкова. Среди статей: «Русская религиозность XIX-XX веков» (Свмч. Сергий Мечев); «Два старца Арсения»; «Как хоронили останки последних Романовых» и др. В воспоминаниях: «Единственная встреча. Памяти священника Николая Трубецкого (18 марта 1978)»; среди рецензий — отклик ученого на наиболее значимые издания — «О святости и исповедничестве», «Архимандрит Таврион (Батозский). Опыт подготовки материалов к канонизации», «Памятник Нижегородскому святителю»; «Прерванный полет» — об отце Александре Мене. Среди архивных находок историка С. Бычкова — архив майора НКВД Е.А. Тучкова, который вел допросы и переговоры с патриархом Тихоном до самой смерти патриарха; архив священника и правозащитника Сергея Желудкова; архив священника Павла Адельгейма.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Гилберт Кийт Честертон. Суеверие развода

Книга представляет собой сборник статей, опубликованных в Англии еще 100 лет назад, в которых автор размышляет на тему христианского брака. Статьи были адресованы светской аудитории, поэтому в них прежде всего речь идет не о религиозном характере брака, но рассматриваются его социальные, исторические и практические аспекты.

О авторе и книге…

Гилберт Кийт Честертон (англ. Gilbert Keith Chesterton; 29 мая 1874, Лондон, Англия — 14 июня 1936, Биконсфилд, Англия) — английский христианский мыслитель, журналист и писатель конца XIX — начала XX веков. Рыцарь-командор со звездой ватиканского ордена Святого Григория Великого. Честертон написал около 100 книг и неисчислимое количество эссе (он писал каждый день по одному в течение 15 лет). Однако на русский язык переведено менее 10% книг и менее 1% эссе.

О книге.
Начало ХХ века, Англия. В политических кругах началось движение за упрощение процедуры развода. Хотя к тому времени он уже был легализован, его получение оставалось сложным и дорогостоящим процессом. В ходе развернувшихся общественных дискуссий Г.К. Честертон в 1918 году написал серию статей, которые позже были опубликованы в виде книги под названием «Суеверие развода».
Это не классический богословский трактат, но тем интереснее аргументация автора, стремящегося объяснить свою позицию нерелигиозной аудитории. Главный тезис Честертона гласит: если распадется семья, начнет разрушаться и все общество. Развод всегда является в первую очередь крахом — крахом отношений между людьми, но общество пытается представить его как форму обретения свободы. Автор не просто критикует развод, он мыслит глубже — узаконенный государством распад семьи становится для него поводом поговорить об истинной сущности и ценности брака.

Подготовка русского издания этой книги шла 5 лет, занимался ею американец Адам Строк, для которого Честертон стал «наставником в вере». С целью наиболее адекватно донести до русскоязычного читателя стиль Честертона, издатели консультировались с американским Честертоновским обществом.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.

Вячеслав Перевезенцев — Фейсбук сельского священника

Книга первая
#неудобноекино
#книги
#спектакли

Книга прот. Вячеслава Перевезенцева «Фейсбук сельского священника» составлена на основе его многолетнего дневника в социальной сети «Фейсбук» (2013—2020 гг.). В данный сборник вошли кинорецензии, заметки о книгах и спектаклях, доклады, прочитанные на различных конференциях. Взгляд автора на современную культуру основывается на вере в то, что какие бы формы и средства ни избирало искусство — главное в нем не меняется, потому что в основе своей искусство ищет ответы на самые мучительные вопросы бытия. Именно поэтому православные христиане, по убеждению о. Вячеслава, призваны быть открытыми к современной культуре. Автор уверен, что пространство киноклуба — это замечательная новая форма христианского общения, в котором появляется возможность на равных общаться с людьми разных взглядов и убеждений, а также привлекать к дискуссии подростков. В книге описывается опыт такого киноклуба при приходе святителя Николая в селе Макарово. Книга написана живым и ярким языком и адресована широкому кругу читателей.

Книга вторая
#глиобластома
#кругжизни
#танцующиймост

Книга прот. Вячеслава Перевезенцева «Фейсбук сельского священника (2)» составлена на основе его дневника в социальной сети «Фейсбук». Первый сборник, изданный в 2019 году, был посвящен анализу современной культуры. Во второй сборник вошли записи и интервью 2019—2020 гг., с момента, когда жизнь о. Вячеслава и его семьи резко изменилась. Больница, сбор средств, поездки на лечение в Мюнхен, новый «круг жизни», новые чувства и мысли… Заметки автора наполнены предельной искренностью, в них показана хрупкость и одновременно бесконечная ценность жизни перед лицом Вечности. Воспоминания о родителях, отношения с ближними, Евхаристия, Евангелие, политические процессы в стране, актуальные книги — все это становится материалом для размышлений автора, его рефлексии и вопрошания.

Предисловие к первой книге…


Вячеслав Перевезенцев
Неудобное кино, или зачем киноклуб на приходе.

«Кино должно быть неудобным, как камушек в ботинке», — говорил enfant terrible современного кинематографа, гениальный Ларе фон Триер. На самом деле, кино может быть очень разным, а вот размышлять и говорить хочется о том, что беспокоит, а еще лучше о том, что мучает. Из таких разговоров и размышлений получился этот раздел.
Когда я пишу о фильме, я хочу поговорить о том, что больше всего волнует меня самого и, надеюсь, не только меня, — поговорить о Боге или о Его отсутствии; о человеке в современном мире, о его жизни и смерти, радости и печали, боли и надежде, любви и одиночестве; о поиске и утрате смысла. Большинство фильмов, которые я посмотрел в жизни (и тут даже не столь важно, насколько они удачны), дают такую возможность.
Подлинное искусство, и киноискусство в первую очередь, — это не столько передача смыслов или идей, сколько передача опыта. Опыта, которого у зрителя может и не быть, но он его может получить благодаря встрече с настоящим искусством. Но поначалу это еще не опыт, а просто некая сумма впечатлений и переживаний, из которой только и может состояться опыт. Опыт, по слову Мераба Мамардашвили, мы извлекаем только из того, что переживаем, он не может быть нам навязан или подарен. Для получения опыта должна быть проделана работа по осмыслению пережитого. Только после этого мы можем обогатиться новым опытом, а значит, стать пусть немного, но другими.
В замечательной книге о природе кино Ю. Лотмана и Ю. Цивьяна «Диалог с экраном» (Таллин, 1994) авторы напоминают: «Когда- то, на заре кинематографии, кино называли “Великий немой”. Это очень точно: немой — не молчальник, не тот, кто говорит, а тот, кто жаждет быть понятым, говорит жестами и мимикой, самой своей немотой. Кинематограф говорит и жаждет быть понятым».
Наверно, нет ничего удивительного, что жажда понимания увиденного и пережитого есть одновременно и работа над пониманием и узнаванием себя и, как следствие, изменением себя, в чем, по словам великого Андрея Тарковского, заключается и смысл искусства, и смысл жизни. «Предназначенность искусства не в том, как это полагают, чтобы внушать мысли, заражать идеями, служить примером. Цель искусства заключается в том, чтобы подготовить человека к смерти, вспахать и взрыхлить его душу…» «Единственный смысл жизни заключен в необходимом усилии, которое требуется, чтобы перебороть себя духовно и измениться, стать кем-то другим, иным, нежели тем, кем ты оказался после рождения…» (Л.Тарковский. Мартиролог).
Еще один важный момент, на который обращают внимание в своей книге Лотман и Цивьян: если экран (фильм) — наш собеседник, т. е. субъект, а не объект познания, то и само познание строится совсем иначе, чем в физической или даже биологической лаборатории. Очень подробно об этом субъект-субъектном методе познания рассказывает в своей новой книге Татьяна Александровна Касаткина (Касаткина ТА. Достоевский как философ и богослов: художественный способ высказывания / Огв. ред. Е. А. Тахо-Годи. М.: Водолей, 2019.) . Одной из особенностей этого метода является то, что не только познающий вопрошает, но и ему задают вопросы, а главное, и он сам ставится под вопрос.
Авторы уже упомянутой мною книги «Диалог с экраном» так говорят об этом феномене: «Если экран — собеседник, то он должен вести со мной — лично со мной —диалог, отвечать на мои вопросы. Что ж это за собеседник, который всю свою речь заранее записал и повторяет ее безо всяких изменений каждые два часа? На этот вопрос мы хотели бы ответить примером из собственного опыта. Однажды один из авторов этой книги смотрел со своим близким другом, крупным лингвистом, фильм Роб-Грийе и Алена Рене «В прошлом году в Мариенбаде». Выйдя, мы стали обмениваться впечатлениями и неожиданно убедились, что, сидя рядом в одном и том же зале, мы видели два совершенно различных фильма, даже сюжеты совершенно не совпадали. Таков эффект каждого большого произведения искусства, но в кинематографе он проявляется с особенной силой: экран говорит не каким-либо одним голосом, а, как сама жизнь, говорит многими голосами, и каждый зритель слышит тот из них, который отвечает его внутреннему камертону. Разумеется, это относится к подлинным произведениям киноискусства. И в этом случае экран выступает как истинный собеседник, не мертвый исполнитель одних и тех же жестов и слов, а участник диалога, вступающий в обратную связь с каждым из зрителей в отдельности».
Я не случайно упомянул не только о размышлениях после просмотра, но и о разговорах, которые во многом такие размышления порождают. Дело в том, что уже много лет мы на нашем приходе устраиваем коллективные просмотры кино. Идея такого киноклуба проста: вместе смотрим кино и потом делимся своими впечатлениями от увиденного и пережитого.
Почему я считаю, что киноклуб — это востребованная форма совместной христианской жизни сегодня?
Во-первых, у нас вообще сейчас дефицит общения. Мы как бы все время на связи, но это совсем не то же, что живое общение. А где найти сейчас живое общение? Даже если мы встречаемся в храме на молитве, а потом за трапезой, ну да, мы о чем-то немного поговорим, но потом опять разбежимся по своим делам, по своим домам. А на киноклубе есть время и прекрасный повод для общения.
Во-вторых, посмотреть фильм — это интересно, это не что-то такое принудительно-обязательное. Люди любят смотреть кино, и кино, правда, есть за что любить!
Далее, есть возможность «обратной связи». Не просто по телефону другу сказать: «Ну, классно, замечательный фильм». Этого мало. В киноклубе у тебя вырабатывается навык анализа, осмысления того, что ты, собственно, сейчас пережил. И неважно, был ли ты этим восхищен, понравилось ли тебе то, что ты увидел. Пожалуйста, аргументируй, найди какие-то слова. И эта рефлексия — очень важная работа.
И еще одно. Мы все — очень разные и плохо друг друга знаем. Ну как-то мы, конечно, знакомы, знаем, кто чем занимается, у кого сколько детей. А кто что любит, кто что переживает, чем дышит… Как это узнать? Ну не будешь же ты за чашкой чая лезть к человеку в душу! Иногда это происходит случайным образом — люди встретились в каком-нибудь купе поезда, им ехать, вот они вдруг разговорились и все друг про друга узнали. А здесь, в киноклубе, это происходит опосредованно. Потому что человек не говорит, вроде бы, о себе — он говорит про этих героев, про то, что он сейчас увидел, что его тронуло, что ему показалось важным, что выбило слезу… или, наоборот, о том, почему он заснул. Но на самом деле он говорит про себя. Поэтому киноклуб может стать историей встречи. У французского философа Ролана Барта есть такая странная теория, она называется «смерть автора». Если ты написал какое-нибудь произведение, снял кино, после этого автор как бы умирает, он уже не имеет отношения к тому, что вышло из его сердца, что стало плодом его творчества. Хотя задачу понять замысел автора, разумеется, никто не отменял.
Фильм один, но видим мы его разными глазами, потому что мы сами очень разные, даже если многие давно знакомы. Это дает не только возможность дополнить или восполнить свое понимание увиденного на экране, но и, бережно и внимательно принимая иное мнение, увидеть и самого человека с новой стороны. Но самое главное — это возможность попытаться понять не столько замысел автора картины, сколько лучше понять самого себя.
Для того чтобы такая встреча получилась, нужно соблюдать некоторые простые правила. Конечно, такой разговор нужно как-то модерировать. Очень важно, чтобы люди смогли в доверительной обстановке поделиться своим впечатлением. У нас могут быть разные мнения, разные оценки, разные вопросы и недоумения, связанные с тем, что мы видели.
Возможность поделиться своим очень дорогого стоит, потому что в нашей жизни как раз этого и не хватает. А разговор так или иначе все равно будет идти о чем-то важном. Потому что поделиться всегда хочется тем, что тебя по-настоящему тронуло, взволновало. Еще один из принципов обсуждения такой: мы не перебиваем друг друга и не спорим друг с другом. Точнее, мы, конечно, спорим. Но при этом признаем право другого иметь свою правду. Если ты что-то увидел иначе, если ты с чем-то не согласен, ты говоришь это «про себя», а не про другого человека.
Таким образом, совместный кинопросмотр — это не только диалог с экраном, но и друг с другом и с самим собой, это своего рода духовная работа, это один из способов самопознания.
Фильмы, которые мы смотрим, как правило, неудобные, небанальные. сложные, часто это — так называемое авторское кино, требующее определенной работы и ума, и сердца; и если бы не киноклуб, многих из этих фильмов я бы просто не увидел: смотреть такие фильмы без последующего обсуждения очень сложно. И для тех, у кого нет такой возможности — совместного просмотра, может быть, эта книга будет интересна как начало такого диалога, ведь она совсем не претендует на точное и окончательное понимание как фильма в целом, так и каких-то его моментов. Это всего лишь приглашение к разговору и размышлению.
Отмечу, что иногда мы проводим киноклубы для подростков. Все, что я говорил выше об обсуждении фильма, в случае подростков работает еще сильнее: им особенно важно высказать свое, поспорить, разобраться в чувствах и мыслях. Я уверен, что во время просмотра и совместного обсуждения многие подростки совершают важнейшие открытия о себе, о мире, о Боге. Такой возможностью не стоит пренебрегать. В замечательной книге о. Алексея Уминского «Семейное кино. Смотрим с детьми шедевры мирового кинематографа» (Никея, 2018) отражен глубокий опыт такого общения.
Для меня как христианина и священника важен вопрос миссии. На встречу приходского киноклуба по нашему приглашению может прийти человек, далекий от веры. И тогда перед нами возникнет вопрос: как рассказать о «нашем уповании», о нашем видении мира и человека в нем, о том, что нам дорого и чем живет Церковь? Ведь у многих наших современников, у кого еще остались эти вопросы, ответы выглядят очень печально. И виноваты в этом по большей части мы сами, православные христиане. Мы сами давно уже превратились в своеобразную субкультуру со своим жизненным миром, своим языком, своими ценностями и «духовными скрепами». И потому малоинтересны кому-то кроме самих себя. Церковь — не от мира сего, но она пребывает в мире сем и ради спасения этого мира. А значит, с миром этим нужно встречаться, разговаривать, находить общий язык и общие смыслы. Мир современного кино может стать местом такой встречи.
Абсолютно все происходящее вокруг нас можно увидеть через призму веры, и это, согласитесь, не совсем типичный и распространенный взгляд на кино. Это уникальная возможность рассказать о нашей вере или дать возможность еще раз задуматься над вечными вопросами.
Данный раздел книги — главный и самый объемный. Наверное, кино сегодня действительно важнейшее из искусств. Но я знаю, как непросто бывает выбрать фильм для просмотра, чтобы не пожалеть о потраченном времени. В этой части книги вы сможете найти некоторые из таких фильмов. Не вижу ничего страшного, если наши мнения не совпадут, — иногда несогласие и непонимание важнее, чем единодушие. Главное, мне бы хотелось, чтобы эти размышления сподвигли моих читателей на то, чтобы регулярно собираться вместе, смотреть кино и обсуждать увиденное.

**
Я хотел бы выразить благодарность всем участникам нашего домашнего киноклуба. Уютные чаепития, доверительные разговоры, споры до полуночи вдохновили меня на эту книгу. Я хотел бы особо поблагодарить Алексея Архипова и Юлию Вахтееву за помощь в подготовке текста книги.

Свернуть…

Спрашивайте книги в лавке храма.